Беззвучный шум: Александр Долгин vs. Демьян Кудрявцев

Прошлое и будущее социальных сетей обсуждают профессор Высшей школы экономики, управляющий порталом Imhonet АЛЕКСАНДР ДОЛГИН, генеральный директор Издательского дома «Коммерсантъ» ДЕМЬЯН КУДРЯВЦЕВ и представители от OPENSPACE.RU ВЛАДИМИР САНИН и МИХАИЛ РАТГАУЗ.

НЕОБЯЗАТЕЛЬНОЕ ВСТУПЛЕНИЕ, ИЛИ ДВА СКАНДАЛА

Михаил Ратгауз. Вот история, которая, как мне кажется, имеет отношение к теме сегодняшнего разговора. Произошла она с довольно известным британским журналом Prospect, который в 2005 году по результатам открытого голосования опубликовал список самых влиятельных публичных интеллектуалов мира. Летом этого года редакция повторила опыт. Поначалу все шло как обычно, лидировали Хомский и Эко, но в этот раз на первое место вдруг вырвался живущий в Штатах проповедник-суфий из Турции, а в окончательном рейтинге все первые десять мест оказались за мусульманами. Выяснилось, что одна крупная турецкая газета, тиражом в 700 тысяч экземпляров, призвала голосовать за своего кандидата в сети и его поклонники привели его к победе. Мне кажется, что это ситуация нового типа, ставшая возможной только благодаря развитию социальных сетей.

Владимир Санин. А мне кажется, что ничего нового в этой ситуации нет, не считая возросшей активности исламского мира. Ничего специфического для интернета, кроме более легкого голосования. Сама-то газета была офлайновая.

Демьян Кудрявцев. В принципе, это история о том, что голосование было устроено криво. Для верного результата сегодня должны быть представительские квоты, ограничения. Иначе на «Евровидении», например, всегда будут побеждать русские, потому что их больше. В таком случае профессиональное жюри говорит: во-первых, мы делаем так, чтобы дважды проголосовать было нельзя. Во-вторых, делим пропорции покрытия телеканала, который показывает в разных странах.

Владимир Санин. А «Имя России»? Там что не сложилось? Кажется, поклонники Александра Первого или Николая Второго имеют все возможности побороть любителей Сталина. И там можно было с самого начала бесконечно накручивать счетчик.

Демьян Кудрявцев. В истории с «Именем России» все просто. Во-первых, они получили результат, который, в общем, соответствует действительности. Они надеялись, что в интернете, в отличие от полного референдума, результаты опроса действительности соответствовать не будут, — то есть думали, что в сети люди более состоятельные, продвинутые, интеллектуальные. Но тогда сделай так, чтобы те, кто не соответствует этим характеристикам, не могли бы голосовать по пять раз. Что такое диктатура пролетариата? Это пять голосов у каждого пролетария против одного голоса у каждого крестьянина. В результате поклонники Сталина сделали эту ситуацию адекватной всей стране, включая тех, у кого нет интернета.

Есть и еще одно важное соображение. Левая идеология — коллективистская. Она потому и побеждает, что у левых есть способы коллективной организации. И глубинное различие между правыми и левыми — не в отношении к собственности, а в примате коллективного над индивидуальным или наоборот. Тысяча правых, которых больше среди европейцев и у которых примат индивидуального сознания, проголосуют за сто разных кандидатов. А из левых, с их приматом коллективного, проголосуют, может быть, 500 человек, но за одного. Это системная проблема. И тут нельзя замерять единым способом голосования. Но если в «Имени России» и правда не делали регистрацию и привязку по IP, это вообще смешно. Потому что тогда, я уверен, даже либерально настроенные люди, которые просто не любят идиотов, демонстрировали им технологические дырки в их машине.

Ссылки

• Антон Носик: «Шеи вывернуты в направлении будущего»
• Василий Эсманов: «Look At Me был придуман для друзей»
• Том Наттел. Как Фетхуллах Гюлен Умберто Эко победил