Бишкек. После бала

ИЛЬЯ АЗАР («Газета.Ru») наблюдал за действиями властей и мародеров в разгромленной киргизской столице

В самое пекло киргизского бунта я, то ли к счастью, то ли к сожалению, не попал. Это раньше войны продолжались годами, а революции — неделями. В Бишкеке власть перешла из рук в руки за одни сутки. 80 убитых, 500 раненых.

Ночным рейсом «Аэрофлота», который из-за комендантского часа в Бишкеке задержали на три часа, летела еще пара десятков таких же журналистов-неудачников, в основном зарубежных.

В самолете рядом — молодой киргиз, в белом свитере в розовую полоску, вареных джинсах и с напомаженным хохолком на голове. Просит помочь застегнуть ремень безопасности. Сразу видно — спешит домой помародерствовать.

— Первый раз летите?
— Ага.
— Мародерствовать? — иду в штыковую атаку
— Нет, — улыбается и вроде даже не обижается, — зачем мародерствовать? Я домой еду, заканчивать учебу, чтобы потом в России работу найти получше.

День после революции

По дороге от аэропорта до города глаз радует резаная линия заснеженного Тянь-Шаня. Сам город оставляет унылое впечатление: нелепые монструозные памятники советской эпохи и малоэтажные домики в частном секторе.

В Бишкеке солнечное утро, легкий ветерок покачивает зеленую листву на деревьях, поют птички. В гостинице есть вай-фай по карточкам. Идиллия.

Тишину весенного утра прерывают беснующиеся у Дома правительства тысячи бишкекцев и гостей столицы. Через раскуроченный КПП прохожу за ограду Белого дома. Из парадных дверей валит густой дым, цепочка народных дружинников грубо оттесняет людей от входа. Кричат: «Пожар!» Пресс-карта не помогает: журналиста, священную корову, отталкивают руками и чуть не роняют с лестницы.

В окнах верхних этажей и правда видны языки пламени. На последнем, бакиевском этаже пожар уже кончился, вокруг окон — следы гари. Обхожу здание кругом. По периметру валяются бумаги, выброшенные из окон. В них роются подозрительные люди в спортивных костюмах, многие на всякий случай держат в руках отломанные ножки стульев или столов. Интеллигентных лиц мне не попадается.

Один мародер внимательно изучает план здания, видимо планируя следующий рейд в здание. С гордостью демонстрирует мне свои фотографии из Белого дома.

Через боковой вход в здание тащат пожарный шланг. Профессиональных пожарных нет и не будет. Говорят, что одну команду, рискнувшую подъехать к Белому дому, выкинули из машины.

Несколько тысяч зевак собралось вокруг кострища, на котором ночью и днем жгут сломанную мебель. Принесли национальные флаги. Кто-то достал российский флаг, но его заставили убрать. В центр круга постоянно выходит кто-то из толпы и начинает декламировать. Меня агрессивно просят не фотографировать, а в коллегу и вовсе бросают камнем.