Отборщики кинофестивалей в Венеции и Каннах рассказывают о принципах своей работы, а режиссер из Эстонии – о том, как обойтись без фестивальных отборщиков

Алена Шумакова, консультант по странам СНГ Международного Венецианского кинофестиваля

В этом году в официальной программе Венецианского фестиваля два русских фильма — «Короткое замыкание» и «Блокадная книга» Сокурова. В Венеции есть три независимые программы — официальный отбор фестиваля, «Дни авторов» (Giornate degli autori) и «Неделя критики» (Settimana della critica). «Неделя критики» не имеет к нам никакого отношения, они выбирают без нас, там свой директор — Франческо ди Паче. Марко (Мюллер, директор Венецианского фестиваля. — OS) не видел фильм «Какраки», продюсеры просто прислали диск в «Неделю критики». Знаю, что они еще хотели взять фильм «Голубка», но оказалось, что он был в Ханты-Мансийске.

Я смотрю около шестидесяти фильмов в год, рекомендую около тридцати — Марко смотрит их все. Нас поразило, что в этом году в Восточной Европе было много альманахов — в России, в Сербии, в Хорватии. Наверное, этот феномен говорит что-то о состоянии кинопроцесса в этих странах. Но, к сожалению, качество картин было таково, что мы ограничились только «Коротким замыканием». Во-первых, это наши авторы — Хлебников, Вырыпаев, Герман. В этом году мы не открывали ничего нового, просто застолбили территорию. Во-вторых, нам показалось интересным то, как они представили Москву: это скорее анализ общества, чем фильм про любовь. Но включить фильм пятерых авторов в основной конкурс нам показалось странным. Они попали в «Горизонты» — программу, где по определению показываются новые тенденции. Это лучшая рамка для картины, которую сами ее создатели называют портретом поколения.

«Блокадную книгу», снятую для телевидения, Сокуров показал Марко по дружбе, мы пригласили этот фильм еще в мае. Во-первых, это Сокуров. Во-вторых — это чисто русская тема, Сокуров читает книгу Гранина. В-третьих, Марко нашел здесь удивительное созвучие с документальным фильмом, который снимает сейчас Александр Клюге. Нас поразило, что Клюге и Сокуров работают в одном ключе, совершенно не зная о результатах друг друга.

Читать текст полностью К сожалению, в последний момент не попал в программу фильм Игоря Волошина «Я», потому что в этом году очень насыщенная программа — мало мест. Остальные фильмы нам показались слабоватыми, особенно по сравнению с прошлым годом. Стало очевидно, что авторского кино, наверное, ждать от России сейчас не стоит. Все меньше и меньше авторов, все меньше и меньше условий, в которых они возникают, все меньше такого рода подхода к фильмам.


Жоэль Шапрон, директор департамента стран Восточной Европы агентства «Юнифранс», отборщик Каннского фестиваля по Восточной Европе

Какие фильмы ищут в России отборщики? Хорошие. Нет критериев во-о-обще. Никогда не было и, я надеюсь, не будет. Канны ждут фильмов, ждут людей — Германа, Михалкова, Звягинцева, Муратову, Лунгина, Попогребского, Хлебникова. Иногда мы разочаровываемся и не отбираем тех, кого ждали. И бывают неожиданности, потому что мы не знаем людей — они дебютанты или раньше снимали что-то второстепенное и вдруг делают потрясающее кино.

Первый этап отбора — это мы, я в том числе, иностранные корреспонденты, стрингеры. Нас шесть человек в мире. Люди, которые хорошо знают какой-то регион. Я практически не смотрю ничего, кроме восточноевропейского кино. Канны, Локарно рассчитывают на наши знания конкретной кинематографии, анализ, информацию. Мы даем рекомендации, не более того. Это не значит, что мы закрываем путь фильмам, которые нам не нравятся. Наоборот, я всегда говорю русским продюсерам: «Пожалуйста, отправляйте!» Отправляют, но не все. Те, кто меня хорошо знают и знают Каннский фестиваль, машут рукой. В этом году я посмотрел в России шестьдесят пять картин и рекомендовал шесть. Точно могу сказать, что отборочный комитет посмотрел больше шести русских фильмов, но эти шесть он посмотрел с большим вниманием, чем то, что приходит самоходом.

Если я считаю, что фильм стоящий, а от него отказывается конкурс и «Особый взгляд», я тут же передаю его в «Двухнедельник режиссеров» и «Неделю критики», потому что считаю, что Канны — самая лучшая площадка в мире.

Моя легитимность, законность моей позиции заключается не в том, что все фильмы, которые я рекомендую, попадают на фестиваль (это не так). Но уже много-много лет не было случая, чтобы отобрали картину, которую я не рекомендовал. Сознательно не рекомендовал — всякое бывает. Например, я просто не видел работу Кадри Коуссар (режиссер из Эстонии, в 2007 году попала в программу «Особый взгляд» с фильмом «Магнус»), она пришла на фестиваль самоходом.


Кадри Коуссар, эстонский режиссер, участник каннской программы «Особый взгляд» (2007)

Канны всегда были мечтой и целью моей жизни. Совершенно случайно вышло так, что мы закончили съемки «Магнуса» осенью, монтаж звука завершили в феврале, так что по срокам Канны подходили идеально. Я и мой продюсер Донал Фернандес просто прочитали инструкцию на официальном сайте фестиваля, он заплатил за участие, и я отправила по почте три диска — один в официальную программу, в «Особый взгляд», второй — в «Двухнедельник режиссеров», третий — в «Неделю критики». Как только посылка ушла, я постаралась обо всем этом забыть, потому что понятно: там тысячи картин, я дебютантка, у меня нет дистрибьютора etc, всё против меня. Все время твердила про себя: «Ничего удивительного в том, что тебе откажут». Через три недели позвонил Донал и сказал: «Ты сидишь?» Я: «Ну...» (Голос у него был довольно странный.) Он: «Нас отобрали в “Двухнедельник режиссеров”». Сидеть-то я сидела, но в машине (хорошо хоть не ехала), чуть сознание не потеряла, пришлось открыть окно. Сначала мы думали, это шутка, но через несколько часов пришел официальный имейл от Оливье Пера, директора «Двухнедельника». Я начала готовиться, но еще через две недели пришло письмо от человека из «Особого взгляда», которому срочно нужен был мой мобильный телефон. Он немедленно перезвонил и сообщил: «Вас отобрали в “Особый взгляд”». Я думаю: «Господи, это уже перебор. Слишком хорошо, чтобы быть правдой». Потом были самые дикие выходные в моей жизни, когда нам с Доналом пришлось решать, какую из двух престижных каннских программ выбрать. Безумие! Вот доказательство того, что чудеса возможны. Мы, независимый проект без бюджета (Эстонский кинофонд нас не поддерживал), все дебютанты (режиссер, продюсер, главные актеры) и т. д. Я потом встретила еще несколько таких же, как мы (на каннских вечеринках в основном), так что очевидно — этот фестиваль действительно заинтересован в поисках талантов, и они правда смотрят все эти диски.


Еще по теме:
Режиссер и ресторатор Илья Демичев: «Итальянцам близка тема коррупции», 31.08.2009

Ссылки

• Режиссер и ресторатор Илья Демичев: «Итальянцам близка тема коррупции», 31.08.2009