Багдад накануне американского вторжения

Пол Чен, автор сверхпопулярной видеоинсталляции «7 Lights», оказывается, снял и Ирак — так, что это скоро не забудешь

Пол Чен (Paul Chan) прославился своим проектом 7 Lights (перечеркивание является неким поэтическим приемом, который художник использует и в своих текстах) — беззвучными анимационными проекциями. В последние два года их показывают буквально на всех биеннале и больших международных выставках. Созданные светом силуэты, напоминающие о культуре силуэтов XIX века, рассказывают сюрреалистические истории об Америке, о царстве ее грез и ее катастрофах. Человеческие фигуры падают с неба, как те несчастные, что выпрыгивали из окон Башен-Близнецов. Дубы шелестят листвой на ветру прерий. Наконечники индейских копий медленно пересекают экран, а предметы ширпотреба поднимаются, как мыльные пузыри. Неудивительно, что одна из работ этой серии принесла Полу Чену мгновенный успех на Биеннале Уитни в 2006 году. С тех пор 7 Lights были показаны всему миру, они фигурировали в крупнейших журналах по искусству. Пиком карьеры Пола Чена стал показ всей серии в нью-йоркском New Museum, представители которого были столь любезны, что оцифровали всю выставку и сохранили ее для потомков в сети вот здесь.

Стоит немного покопаться на этом сайте, и вы узнаете, что 7 Lights — весьма сложное произведение искусства, опирающееся на афористичные стихи, аудиокниги, составленные из любимых текстов Чена, и его рисунки. Это не просто формалистические фантазии. Я вынужден произнести это, поскольку Пол Чен многих уже начинает раздражать, и это вполне понятно: он зациклен на красоте и не гнушается орнамента, так что чем чаще повторяются его проекции, тем больше их приемы напоминают корпоративный кич — такое световое шоу в комнате для медитаций офисных работников. Причем вины Пола Чена в этом нет. На самом деле он очень серьезный и одаренный художник. Виноваты в этом кураторы, которые вновь и вновь показывают одни и те же работы, вырвав их из контекста и подавая как «свежую новость».

Тем радостнее узнать, что Пол Чен совсем не тот, за кого мы его принимаем. Он вовсе не формалист, до тошноты повторяющий один и тот же прием, а плодовитый видеохудожник, писатель, медиаактивист и график, причем огромное количество его работ доступно в сети.

Baghdad In No Particular Order by Paul Chan — Part 1/8



Остальные части видео вы найдете здесь: 2, 3, 4, 5, 6, 7, 8

Например, недавно я натолкнулся в YouTube на снятый им документальный фильм «Багдад вперемешку» (Baghdad in No Particular Order). Пол Чен снял его накануне вторжения в Ирак войск коалиции под предводительством США — он посетил Багдад в составе группы активистов под названием «Голоса в пустыне» (Voices in the Wilderness). Это замечательно красивые сцены повседневной жизни иракской столицы, и в отличие от «платоновой пещеры» его световых проекций они, похоже, затрагивают саму реальность. Но в то же время в них, кажется, содержится очень грустный и неподдельно ужасающий образ довоенного Багдада.

Мы видим кучу книг, лежащих на земле. Страницы листает ветер: математические труды на французском языке, немецкое издание «Кон-Тики» Тура Хейердала, поэтические сборники поэтов типа Т.С. Элиота или Лорки в арабском переводе, как объясняет закадровый голос. Так иракская интеллигенция переживала тяготы экономических санкций: горы трепещущих стихов и трактатов выставлены на продажу прямо на земле. Продавец нахваливает свой товар, а затем читает стихотворение по-арабски. Оператор говорит «спасибо» по-китайски. Язык фильма постоянно меняется — французский, испанский, кантонский. Все это слегка напоминает фильм «Вавилон» с Брэдом Питтом; чересчур буквальный прием, но в фильме он использован весьма продуктивно.

В одном из эпизодов снята чайхана, куда часто заходят багдадские художники, которых, если верить Чену, было много. Они продавали свои работы в основном страдающим комплексом вины сотрудникам международных гуманитарных миссий.

Затем в форме быстрого слайд-шоу показаны работы этих художников — эпигонство разных вариантов современного искусства. А-ля Матисс, Чак Клоуз, Филип Гастон, Пауль Клее, Майк Келли, Альберто Джакометти. «И, к сожалению, Питер Макс» (коммерческий американский иллюстратор 60-х годов. — OS), — добавляет Чен.

Его фильм — опыт бодлеровского фланера, гуляющего по городу, который скоро станет зоной войны. Пол Чен похож на Вальтера Беньямина, которому попала в руки цифровая камера: он особенно чуток к старому знакомому звуку, виду и запаху модернизма в трагический момент его исчезновения, но он осознает и оборотную его сторону — возвращение иррациональной, но искренней политической религии, которая проповедует протест и отчаяние. Мы видим, как суфии медленно доводят себя до исступления под прекрасную песню-плач, которая звучит все громче и громче, так что становится страшно, взрослые люди превращаются в дикарей. Здесь я даже прослезился. Рассерженное сердце бьется в такт бессердечному миру.

Ну и что же мне теперь с этим всем делать? Я еще точно не решил. Есть масса материала, который нужно просеять, причем зачастую он весьма сложен. Только загляните на веб-сайт Пола Чена. Он изобилует документами и проектами, достойными рассмотрения, от аудиокниг из его «Личной Александрийской библиотеки» критической и не слишком критической теории к подкастам альтернативных СМИ о левизне американских аспирантов и радостях легкого рока. Он пишет, как Адорно, рисует, как суперкультовый в узких кругах художник Генри Даргер (Henry Darger), и создает анимацию, которая посрамила бы любого профессионального флеш-дизайнера. Что мне про него думать? Я не могу решить.

Пока что давайте сформулируем так: Пол Чен — один из тех «политических художников», которые не вписываются в избитую матрицу академической ностальгии по прямой политической агитации или радикальной социальной критике, хотя он весьма вовлечен в политику и искусство и, очевидно, в плане идеологии принадлежит к критически настроенным американским левым. И если его приверженность леволиберальным политическим идеалам более подлинна, чем у большинства самозваных «художников-активистов» — он вовлечен в профсоюзную политику и движение независимых СМИ Indymedia movement с конца 1990-х, — то его искусство в высшей степени автономно. Очень вдохновляет умное, хорошо сформулированное интервью Пола Чена в журнале Bomb, где он говорит, что часто сталкивает одно с другим, расшатывая политику искусством.

Работает ли это? Я не вполне уверен. Может быть, он усиливает одно другим. А может быть, формализм у него чуть-чуть слишком орнаментальный, а реализм слишком магический. Или же все эти образы волнуют меня, потому что они уже находятся на грани политического кича? Возможно. Но не исключено, что эта «неразрешимость» и есть точное определение сегодняшнего «политического искусства», хорошо ли, плохо ли. И тогда получается, что Пол Чен действительно великий «политический художник».