Лысьва против городов-миллионников

Театры малых городов России работают интереснее и честнее, чем театры больших ее городов

В городах с числом жителей от 10 до 100 тысяч проживают в РФ 32 миллиона человек, в городах с населением от 100 до 500 тысяч — 29 миллионов. Вместе это дает около 42 процентов населения России. Город Лысьва Пермского края старшему поколению известен по одноименным газовым плитам, когда-то стоявшим у всех на кухне, а молодому и вовсе неизвестен. В Лысьве состоялся седьмой Всероссийский фестиваль театров малых городов России. Его проводил Государственный Театр наций и все пермско-лысьвенские культурные структуры.


Среди множества российских фестивалей ежегодного цикла он, может быть, самый негромкий, но, на мой взгляд, самый правильный и осмысленный. Вдалеке от тусовок и сериалов, хотя наверняка и с мечтой о них, театру служат сотни самобытных артистов. Именно служат (иного слова не подберешь), причем в труднейших условиях. Все проблемы жизни сегодняшнего театра в условиях малого города умножаются во много раз: на небольшом пространстве сложнее совершать маневры — творческие, репертуарные, бытовые.


Перенаселенные общежития или съемные квартиры с печкой и удобствами во дворе — это реальность бытовая. Восемь-десять премьер в сезон (зрителя хватает на небольшое количество представлений), а из-за малочисленности трупп актеры заняты практически во всех спектаклях — это реальность творческая. Наконец, специфика провинциального зрителя, ориентированного на разухабистость отечественного ТВ, создает репертуарную реальность. Тем, кто с театром не связан, трудно понять, что заставляет всех этих людей с полной самоотдачей выходить на сцену Лесосибирска или Рубцовска, Глазова или Ирбита. Трудно понять и то, почему именно на территории этих театров (а вовсе не в Красноярске или Хабаровске) чаще встретишь театральный эксперимент и новые репертуарные идеи.

Из десяти названий, представленных в Лысьве, половина — современные пьесы или инсценировки, созданные внутри театра или впервые там показанные. Как оказалось, именно в театрах малых городов подбор пьес тесно связан с местом обитания театра. Во время фестиваля это стало как-то особенно очевидно. Пьеса Н. Мошиной «Остров Рикоту» хоть и перекочевала на «Северную сцену» Нового Уренгоя со столичного семинара «Новой драмы», но оказалась абсолютно созвучна белому пространству приполярного города. Остров Рикоту — это часть суши, окруженная океаном, где жители не знают никакой Москвы или России, а поклоняются «Матери Морю» и здравому смыслу. Режиссер Юрий Муравицкий ставит совершенно фантастическую историю, но в нашей стране фантастика порой трудноотличима от реальности.


Спектакль «Черный тополь» минусинского театра — сага, сыгранная в два вечера, — родилась из последней части трилогии А. Черкасова и П. Московитиной «Сказание о людях тайги». Сибирский эпос, перенесенный на сцену известным режиссером Алексеем Песеговым, звучит не только мощно, но и изысканно. Грубость и определенность прошлых времен пронизана тонкой вязью и прихотливостью человеческих чувств, которые передают замечательные артисты из города Минусинска. А в минусинском театре «Желтое окошко», созданном Петром Зубаревым, сегодня существуют едва ли не лучшие детские спектакли в стране, удостоенные престижной премии в области детского театра «Арлекин» — «Иваново сердце» и «О рыцарях и принцессах». Это один из тех редких случаев, когда «детский» не значит «пошлый», «второсортный». Подлинное искусство для детей складывается из весьма редких сегодня качеств: бескорыстия, отсутствия высокомерия по отношению к детству, наивности как способу познания мира и художественного вкуса.


Особенно любимая российской режиссурой интерпретация классики на лысьвенском фестивале была представлена «Женитьбой» Гоголя (Орск, постановка Андрея Санатина), «Делом» Сухово-Кобылина (Тобольск, режиссер Михаил Поляков) и «Преступлением и наказанием» Достоевского (Прокопьевск, автор спектакля Ольга Ольшанская). Во всех этих спектаклях царствовал подлинный герой нашей провинциальной сцены — русский актер. Свободная, талантливая актерская стихия, как кажется, и спасает провинциальный русский театр. Она не оскудевает во все времена. А в спектаклях Театра №3 из Каменска-Уральского «Зеленая зона» (М. Зуев, режиссер Людмила Матис) и «Поминальная молитва» в исполнении хозяев фестиваля (Г. Горин, постановка Тимура Насирова) сама литературная первооснова работала на слияние ролевого материала и опыта существования провинциального актера. Барачный быт конца пятидесятых годов с коммунально-публичными радостями и горестями, изображенный в «Зеленой зоне», мало чем отличается от повседневной жизни сегодняшнего маленького театра. А печальная «избранность» еврейского народа в «Поминальной молитве» сродни существованию бродячего актерского племени.


Может, театр малых российских городов потому и более живой, чем в больших городах, что не избалованные сериальным и антрепризным рублем артисты здесь не просто работают на сцене. Они на ней служат. Они служат ей.