В «Солидарности» пренебрежительное отношение к нанятым людям, и денег на них не дают из принципиальных соображений. Можно было бы обклеить все остановки города наклейками «Солидарности», нанять для этого тысячу человек. Но это требует средств. Активисты это делать не смогут. Они хорошие ребята, но им лучше на площади постоять, а как и когда клеить листовки, они не знают. Нужно поклеить в районе шести утра – после того как ушли дворники, а люди на улицы еще не вышли. А активисты говорят: давайте мы вечером поклеим. Значит, они повисят ровно одну ночь.

В Москве у нас с натяжкой сто активистов. Это, конечно, смешно. Надо перекрывать дороги, ходить маршем хоть по спальным районам. Пусть сто человек, но их надо использовать. А у нас как? Сидят двадцать человек и решают: делать акцию или нет. Половина, которая «за», выиграла с преимуществом в один голос. Тогда другая половина говорит: хорошо, делайте, но мы ни при чем. Пока они решают, как делать, еще половина из этой половины уйдет. В итоге остаются два человека, которые приводят на акцию по десять человек, а остальные потом их с говном мешают, мол, вы смешно выглядите. Зато перед следующей акцией уже эти, облитые дерьмом, сидят и молчат. Должен быть один руководитель, который говорит идти налево — и все идут налево. Наш человек уважает, только когда его наказывают рублем. Но у нас денег нет, поэтому нужно хоть какую-то систему вводить, хоть палками бить, чтобы люди чувствовали ответственность.

Вот «нашисты» на Селигер за копейки ездят, в дома отдыха бесплатно, еще куда-то. А что получают нормальные ребята из «Солидарности»? Пиздюлей от ОМОНа, и всё. У «нашистов» вообще всё четко по деньгам, причем это не баснословные деньги, а 3—5 тысяч рублей в месяц. Но для ребят 18—20 лет эта пятерка важна — конечно, ничего серьезного, но все-таки выходные где-то провести, и они за нее, действительно, работают. Когда «нашистам» говорят привести сто человек, то требуют всех сфотографировать, а потом отчитаться по фото. А у нас говорят: приведем двадцать человек. А после митинга спрашиваешь: сколько вас было? Двадцать. Но мы же все друг друга знаем и видим, что никто обещанных людей не привел. А спросить не с кого.

Зато у Немцова все хорошо с брошюрами про Лужкова, скоро будет про Путина. Они ему приносят финансовый и политический капитал. Каспарова бесит, что «Солидарность» ассоциируется с Немцовым. Но при этом Немцов пришел на митинг 31 числа, а Каспаров после марша, когда его задержали на пять суток, категорически не участвует в несанкционированных акциях. То ли он боится пяти суток — может, того, что ему в эти пять суток что-то в чай подсыплют.

В «Солидарности» все думают, что они сейчас уже создают параллельную парламентскую структуру. Сейчас, мол, все в стране рухнет, а у нас уже есть готовый парламент. Я спрашиваю их все время: а мы будем как-то эти процессы подталкивать? Да, конечно, отвечают, но уже когда режим будет балансировать — тогда мы слегка подтолкнем, и за нами пойдут миллионы. Но этого не будет никогда, откуда миллионы о нас узнают? Если есть бренд, нужно его раскручивать. В последнее время мне суют под нос опрос «Левады», где только 28% не знают партию «Солидарность». Это бред. Я уверен, что люди либо отвечали про польскую «Солидарность», либо боялись показаться дураками.

Вот даже кризис просрали. Они говорили: подождем чуть-чуть, будет еще хуже. Сейчас говорят про вторую волну, но если и первую прошляпили, то со второй будет примерно так же. От едва ли не самой бодрой акции — метромаршей — отказались. Сказали, что на них новых активистов не найдешь, лозунги никто не слышит, а часть активистов просто теряется в метро.

Зато у людей миллиард собраний в неделю. Я пытался на них даже ходить, но потом понял, что это переливание из пустого в порожнее. Для них это времяпрепровождение: как у кого-то спорт или женщины — так у них политика и общественная жизнь. Это, конечно, лучше, чем если бы они пили водку по подъездам, но все равно пустая трата времени.

Но перспектива есть. Недовольных все больше. Нет только людей, кто и недоволен, и готов к действиям. Я уверен, что когда-нибудь у руководства возобладает разум и начнут выделять деньги. Без денег на инициативе далеко не выедешь.

И потом: у нас нет адекватного руководителя. Нет человека, который мог бы хотя бы претендовать на руководящую роль, и это страшно. Я знаю людей, которые готовы спонсировать оппозицию анонимно, но никто не хочет брать эти деньги, потому что непонятно, что с этими деньгами делать. Они просто не готовы действовать. Мне кажется, Каспарова и Немцова нынешнее положение дел устраивает. У нас же не будет мирного сценария, ОМОН не будет просто стоять — в нас будут стрелять, будут невинные жертвы, и я не верю, что Каспаров с Немцовым готовы пойти во главе колонны. В будущем оппозиция должна быть без Немцова и Каспарова. Мы плавно работаем, чтобы начали давать деньги и без них. Я уверен, что люди идут не за личностями, а за действиями.