Amorphous Androgynous в саду «Эрмитаж»: «Психоделия — это жизнь в настоящем»

Фронтмен психоделической рок-группы Amorphous Androgynous Гарри Кобейн рассказывает в интервью OPENSPACE.RU о психоделии и сущности матушки-природы

После концерта Гарри Кобейн перед камерами попросил прощения у москвичей за то, что на афишах выступления Amorphous Androgynous было написано Future Sound of London. Под этой вывеской Кобейн с партнером Брайаном Дугансом выпускали в 1990-х наипрогрессивнейшую электронную музыку, мешая эмбиент с драм-н-бейсом, упиваясь и прославляя торжество технологий. В 1997 году по не выясненным до конца причинам Гарри и Брайан разочаровались в футурологии и замолчали на несколько лет. А в 2002-м появились вновь, но уже под именем Amorphous Androgynous и с совершенно другой музыкой — прог-роком, как из 1970-х, с флейтами и ситаром, проложенными эмбиентными зарисовками. С тех пор Кобейн и Дуганс сосредоточились на новом проекте — студийные музыканты даже собрали группу и начали с ней гастролировать, а под маркой FSOL только лишь издавали свои архивы.

Нынешний московский концерт Amorphous Androgynous показал, что Кобейн и Дуганс добились немалого успеха в процедуре конверсии — их бэнд играет слаженно и мощно, толково переключаясь с медленного инструментального транса на буйные рок-номера, сочиненные в духе (и под большим влиянием) Led Zeppelin или Jefferson Airplane, а после уходя в яростный брейк-бит и снова возвращаясь к эмбиентному ландшафту. Музыканты ансамбля выглядят куда колоритней наивного «космотрансцендентального» видеоряда, который транслируется четырьмя проекторами на экраны и большие белые шары, наполненные гелием. Во-первых, в AA играет настоящий индус на ситаре (давно ли вы видели такое в рок-группе?). Импозантный гитарист Гари Лукас, игравший с Капитаном Бихартом и Джеффом Бакли, походит на поседевшего Гарри Поттера и с гитарой управляется как с волшебной палочкой. Но самую гущу внимания неожиданно оттянул на себя 26-летний перкуссионист Дэйв Сондерсон. Этот человек с внешностью заурядного банковского служащего на третьей песне сета вдруг запел с силой и чистотой молодого Роберта Планта. К удовольствию поклонников творчества Кобейна—Дуганса периода FSOL музыканты не обошлись без цитат из альбомов «Lifeforms» и «ISDN», а закончили свое выступление и вовсе своим брейк-битовым хитом «We Have Explosive» с диска «Dead Cities», который теперь так ненавидит просветленный Кобейн.

После выступления Гарри Кобейн дал интервью корреспондентам OPENSPACE.RU