Ройшн Мерфи: «Каждое мое новое платье стоит дороже предыдущего»

Десять минут светской беседы с лучшей диско-певицей нашего времени – о шляпках, футболе, «Сексе в большом городе» и бескомпромиссности диско

Имена:  Ройшн Мерфи

Рассеченное веко и, как следствие, отмена прошлогоднего концерта экс-солистки Moloko в «Икре» сделали ее нынешнему выступлению лучшую рекламу. Ройшн Мерфи в Москве уже в четвертый раз, но столько народу, кажется, на ее концерте еще не было. В «Б1» собралось (на глазок) почти 3 тысячи человек, танцевальный партер был забит полностью – люди пытались плясать, начиная от входной лестницы. Для таких концертов Мерфи и ее музыкантами было изобретено специальное слово – ramalama.

Почти двухчасовая программа состояла в основном из песен с сольных альбомов Мерфи «Ruby Blue» и «Overpowered» – ирландка решила не напоминать о временах Moloko слишком очевидными хитами. Впрочем, в новых диско-аранжировках даже мудреные композиции с «Ruby Blue», продюсировавшегося большим эстетом от электронной музыки Мэттью Хербертом, звучали как идеальный поп-продукт – доступный, бодрый и не приторный. Шоу-часть программы, как обычно, строилась на молниеносных переодеваниях Мерфи прямо в левом углу сцены – многие девушки в партере были будто загипнотизированы нарядами и шляпками певицы. Середина концерта немного провисла – певица стала слишком резво метаться по сцене и, видимо, сбила дыхание. Но к бисам Мерфи опять раздухарилась, выдала ударную связку из «Tell Everybody» и «Ramalama», устроив ералаш с бэк-вокалистками, и уже из-за кулисы помахала на память поклонникам… ножкой.

Перед концертом корреспонденту OPENSPACE.RU удалось поговорить с Ройшн Мерфи. Разговор пошел, разумеется, о шмотках.

Ройшн Мерфи: У вас есть 10 минут на вопросы. Потому что мне нужно некоторое время перед концертом, чтобы стать... Ройшн. (Смеется.)

— До концерта еще два часа. Вы так долго решаете, что надеть?

— Нет, на то, чтобы нарядиться и накраситься, много времени не надо. Время уходит на то, чтобы послушать музыку, потанцевать — почувствовать в себе силы выйти на сцену. Разогреть голос.

— Что поете для разогрева голоса?

— Диско — новое и старое. Чужое. Включаю iPod — я везде вожу с собой две маленькие колонки для него — и вперед, подпеваю.

— Видел фото светской хроники с лондонской премьеры фильма «Секс в большом городе» — у вас был великолепный наряд, особенно шляпка. Как вам понравился фильм?

— Честно? Циничное дерьмо — слишком много рекламы. В кадре одни бренды, бренды, бренды: Louis Vuitton, Prada, Vivienne Westwood... Хотя Вествуд пусть остается — я восхищаюсь ею.

— Кто из четырех дамочек из сериала вам больше всего симпатичен?

— Да никто. Я иногда смотрела сериал в медицинских целях — когда неважно себя чувствуешь, нет ничего лучше, чем зависнуть перед теликом с коробкой шоколадных конфет. Понятно, все это чушь и ерунда, но помогает отвлечься и расслабиться. Я с той же целью иногда покупаю журналы и газеты со светской хроникой — читаю сплетни, разглядываю, кто в каком наряде куда пришел.

— Тогда вернемся к нарядам — сколько шляпок вы привезли с собой в Москву?

— Шесть, включая ту, что на мне сейчас. (На Ройшн — песочного цвета шляпа из мягкого фетра.) Запомнившуюся вам шляпку с премьеры «Секса в большом городе» тоже взяла.

— Вам никогда не доводилось во время гастролей терять багаж с нарядами?

— Слава богу, нет. Но иногда я с ужасом думаю о том, что это может случиться в любой момент.

— Вы бы отменили концерт в этом случае?

— Нет-нет. Я бы вышла к публике в чем приехала и так бы и сказала: «Люди, я потеряла багаж. И сейчас вы увидите все, как есть на самом деле». (Смеется.) Думаю, я вытянула бы шоу.

— А сколько у вас вообще платьев?

— Ой, очень-очень-очень много... А еще у меня есть плащи, пальто, перчатки, шарфы, сапоги, босоножки... (Смеется.) Я начала коллекционировать одежду лет с 14-ти — покупала в секонд-хендах и на блошиных рынках платья 1960-х годов. Тогда их еще можно было купить задешево. Моя мама, портниха, восстанавливает старинную одежду. Мы часто ходили вместе на поиски — выуживали бриллианты из куч мусора. Вы только не подумайте — сейчас я не ношу дешевую одежду. К сожалению, каждое мое новое платье стоит дороже предыдущего. (Смеется.)

— Я до сих пор помню «зеркальное» платье, которое было на вас в клипе «Sing It Back». Чье оно?

— Оно было сшито специально для клипа — по моей идее. Видите ли, у нас было немного денег на ролик, и нужно было сделать что-то недорогое и поразительное. Тогда я вспомнила о своем туалетном столике в стиле ар деко, который я собственноручно весь обклеила зеркальными осколками. Я специально покупала зеркала, била их и клеила, потратила на это 3 месяца (я тогда бросала курить и специально загружала себя различными занятиями). Восхитительный получился туалетный столик... Так вот, я вспомнила о нем и подумала, что нас спасет такое же платье. Так и получилось — я просто протанцевала в нем перед камерой, но клип запомнился. Правда, производство платья стоило дороже, чем оплата аренды студии и съемочного оборудования.

— Мне кажется, «что-то недорогое и поразительное» — это и есть ваш метод. Ваш последний альбом, «Overpowered», — превосходная пластинка современного диско, и на мой вкус — она куда удачнее, чем сделанные в похожей стилистике треки с последнего альбома Кайли Миноуг или, скажем, предыдущая пластинка Мадонны. Но ваши бюджеты и гонорары различаются на несколько порядков. В чем же ваша сила?

— Ну, пусть это прозвучит банально, в искренности. У меня другой подход к музыке: я не вижу смысла записывать песни только для того, чтобы делать себя знаменитой, успешной, продвигать продукт «Ройшн Мерфи» и зарабатывать на этом. Я не хочу сказать, что не хочу быть богатой и знаменитой. Хочу — даже очень-очень богатой. Более того, у меня это прекрасно бы получилось. (Смеется.)

Мне очень нравятся мои песни с «Overpowered» — каждая, без исключений. Я их исполняю на концертах чуть ли не каждый день, и каждый раз меня от них прет. Я записывала их с продюсерами, которые фанатично любят диско и тонко его чувствуют, а не просто понимают, что такое модный звук. Мне кажется, если бы я просто попыталась записать пластиночку без всякой эмоциональной привязки, у меня бы ничего не вышло. Во всяком случае, точно не с диско. Пусть диско — самая сладкая музыка в мире, но и абсолютно бескомпромиссная тоже.

Кстати, мне пора идти разогреваться — задавайте последний вопрос.

— Вы болели за «Манчестер Юнайтед» в финале Лиги чемпионов? Вы же прожили в Манчестере несколько лет своей жизни.

— Нет — я вообще не смотрела этот матч. Вся моя семья болела за «Манчестер», хоть они ирландцы и в Манчестере никогда не жили. Мой бойфренд болеет за «Арсенал» и ненавидит «Челси». Так что я вдвойне рада победе «Мэн Юнайтед». А моя любимая футбольная команда «Ливерпуль» — они всегда бьются до последнего. Кроме того, в Ливерпуле живет много ирландцев. Можно сказать, это наполовину ирландский город.

— А кто ваш бойфренд? Я что-то не встречал его имени в светской хронике.

— Саймон Хенвуд — художник, который сделал мой портрет для обложки альбома «Ruby Blue». Сейчас он снимает видеоклипы. Ну вот, считайте, что вы и выудили эксклюзив. (Смеется.)

Ссылки

• Ройшн Мерфи