История с концертом великого барда в России длится уже 23 года и, слава Бобу, близка к хэппи-энду

История с концертом великого барда в России длится уже 23 года и, слава Бобу, близка к хэппи-энду

Роберт Циммерман, которого обычно называют Бобом Диланом, едет в Россию с концертом. Тут впору говорить — «лучше поздно, чем никогда», потому что про многих и многих уже можно сказать — никогда.

Слава всем богам рок-н-ролла, прозы и поэзии за то, что не сбылось мрачное пророчество, которое высказал семь лет назад экс-лидер группы «Адо» Андрей Горохов: «Я убежден, что Боб Дилан в Россию больше никогда не приедет. И поймать этого уже очень немолодого и не очень здорового человека можно только в относительно доступной Европе». Ан нет — приезжает, причем жив и здоров, alive and kickin’. Почивавший на лаврах вплоть до конца тысячелетия человек, примиривший католическую религию с рок-н-роллом, удивительным образом взбодрился в начале новой эры: записал сперва бодрый, лаконичный и очень саркастичный альбом, издал книгу мемуаров, переведенную на русский вполне адекватно оригиналу — мемуаров непростых, нелинейных, полных недоговоренностей и полуправд, но все же невероятно интересных. Потом снялся в очень странном кино по собственному сценарию — с кучей звезд и отличным саундтреком, выпустил еще один прекрасный альбом «Modern Times» про реальную жизнь вокруг нас. Стал героем документального фильма Мартина Скорсезе и художественного — Тодда Хейнса (в последнем был сыгран шестью актерами, среди которых были Кейт Бланшетт и Ричард Гир) и наконец вслед за еще одним экс- Wilbury и старым другом Томом Петти стал диджеем цифровой радиостанции XM Satellite. Иным хватило бы на целую творческую биографию, кажется — но для Дилана это всего лишь одна из глав.

Впрочем, Горохов имел основания для невеселых прогнозов. Первое из них достаточно хорошо известно — недаром все причастные медиа твердят о том, как в 1985-м «Дилан рискнул приехать на гастроли в СССР в переломный момент перехода от брежневского «застоя» к горбачевской "Перестройке"». Иные, более последовательные, добавляют, что никаких гастролей не было, а был организованный Евтушенко и Вознесенским странный «Вечер мировой поэзии» в Лужниках, где Дилан пел перед специально согнанной комсомольской публикой, никак не реагировавшей на «Blowin’ In The Wind»; потом расстраивался и пил коньяк на даче у Вознесенского, после чего смотался на полулегальный концерт в Тбилиси и т.д. Здесь, как ни странно, самые интересные свидетельства — от тех, кто тогда в Лужники не попал, как, например, приятель одного из пользователей портала Beatles.ru: «Мой приятель, живущий в Переделкино, видел Боба Дилана на даче у Вознесенского. Он простоял за забором битый час, но Дилан петь не собирался: сидел, трепался,» — или же анонимный комментатор, оставивший в одном из блогов такую запись: «Я шел в общежитие мимо вахты, а у вахтера стоял черно-белый телевизор. И я замер: там показывали Боба Дилана в Лужниках! Дилан здесь, в Москве, а я об этом не знаю! Он пел, кажется, Blowin’ In The Wind — и я стоял у вахты, как приклеенный, пока Дилан не исчез с экрана». Западные же источники добавляют точных данных: «Dylan sings Blowin' In The Wind, A Hard Rain's A-Gonna Fall and The Times They Are A-Changin at the 12th World Festival of Youths and Students in Moscow,» — всего три песни, значит, спел. Так или иначе, картина вырисовывается более-менее полная.

Но мало кто вспоминает о втором — отмененном — концерте в Питере, который должен был случиться три года спустя, в 1988-м. Свидетельства о нем куда запутаннее, чем о первом: концерт вроде бы должен был состояться в Ленинграде, но то ли не продали билеты, то ли не договорились с артистом — так или иначе, питерский редактор и переводчик Александр Гузман рассказывал, как от расстройства поехал на «Пинк Флойд» в Москву. Что до музыканта Наиля Кадырова, то тот вообще решил не сдавать пятирублевый билет в СКК — наверное, он и сейчас лежит где-то в архивах экс-участника «Зоопарка», «Трилистника» и «Оазиса Ю».

Конечно, во всей этой истории, длящейся уже 23 года и, кажется, приблизившейся к закономерному хэппи-энду, множество нелепостей и бессмыслицы на всех этапах, включая финальный. Дилан на стадионе? Нелепость. Дилан в Питере? Бессмыслица. Но только на первый взгляд. В том, что все происходит именно таким образом, есть какая-то высшая разумность и справедливость. В Москве все было бы проще и глупее: скорее всего, Дилана поставили бы на сцену женского МХАТа и мало кто из тех, кому действительно нужно, попал бы туда из-за космических цен на билеты. А поездка в Петербург требует определенного раздумья и решительности — и это предполагает, что в зал попадут именно те, кому действительно нужно. И когда неудачливый кандидат на получение Нобелевки и автор одного из самых запутанных романов ХХ века выйдет на сцену, чтобы спеть из-за электрооргана своим категорически авокальным голосом о новых временах, его будут слушать правильные люди. Даже если ему, что было бы вполне логично и справедливо, на это в высшей степени наплевать.

3 июня, Ледовый дворец (СПб)