Шоу-бизнес в классической музыке – 2

В отличие от Алены Ганчиковой, МАРИНА АРШИНОВА не видит беды в торговле «классикой»

Полемизируя с Аленой Ганчиковой, противопоставляющей шоу-бизнес классической музыке и сетующей на то, что последняя все больше напоминает первую, хочется начать с утверждения, что и там и здесь главное — артист, это и есть конечный продукт, который продают потребителю. В этом смысле и шоу-бизнес, и бизнес «на классике» развиваются по одним и тем же принципам. Это нормально, приятно нам думать о высоком искусстве в таком разрезе или нет.

Никакой принципиальной разницы, распевает этот «продукт» песни под гитару или играет «Хаммерклавир», с точки зрения продвижения его нет и не должно быть. Есть разные аудитории для разных продуктов, но это, как говорит Джулия Робертс в Pretty Woman, «всего лишь география».

Блестящий тому пример — уважаемый Владимир Абрамович Кехман, крупный бизнесмен, человек, далекий от прекрасного, набивший руку на продаже бананов. Несколько лет назад он возглавил умирающий Малый оперный театр в Санкт-Петербурге, переименовал его в Михайловский и шаг за шагом, не боясь ничего и никого, превращает (сегодня это уже очевидно) разложившийся МАЛЕГОТ в оперный театр мирового уровня. Этот факт, как мне кажется, на многое проливает свет и дает колоссальную перспективу и надежду классическому искусству.

Рассуждая о концертном бизнесе, следует вспомнить, что история исполнительства в современном его понимании начинается примерно с середины XIX века, когда артисты стали утюжить Европу гастролями. История сохранила свидетельства странствий по миру получеловека-полудьявола Паганини, энергичного чёса Листа, обмороков поклонниц Венявского. Шопен, кстати, не мог так концертировать: ему пришлось ограничиться окучиванием парижских салонов, так как не хватало репертуара (играл в основном свои вещи), здоровья, да и виртуозности. Он добирал преподаванием игры на рояле дамам и девицам из семейства Ротшильдов и пр.

Паганини и Лист задали планку: гениальная одаренность, адское мастерство, харизма, авантюризм, жизнь на колесах, романтический флер и т.д. Этими же характеристиками до сих пор широкая публика, не разбирающаяся в деталях, но делающая кассу, и судит артиста. Под это сходит всё, от Ванессы Мэй до Ланг Ланга. Людям нравится.

Читать текст полностью Кстати, Лист был первым из артистов, кто завел себе менеджера. Тогда он назывался секретарем. Этот человек вел обширную переписку Листа, следил за его договоренностями о концертах. Тем не менее современники смотрели на него с иронией, считая это очередной листовской блажью. Иное дело сейчас: первое, что нужно знать организатору концерта об артисте, — это контакты его менеджера.

Шоу-бизнес, сильно младший брат классического исполнительства, в силу массовости, естественно, не в пример прибыльнее, нежели организация концертов классической музыки. Поэтому дерзкие, талантливые и наиболее сильные продюсеры не смотрят в нашу сторону. В то же время опыт Рене Мартена (явное исключение из этого правила), пытающегося перенять некоторые приемы шоу-бизнеса в классическом секторе, указывает вектор возможного развития нашего дела.

Если посмотреть на структуру организации артистов шоу-бизнеса и классического исполнительства, она практически одинакова. Есть артисты-однодневки: в шоу-бизнесе это краткосрочные бизнес-проекты, раскручиваемые по определенной экономической схеме, в «классике» — новоиспеченные лауреаты, которые после победы на конкурсе покатаются так годик-другой и сойдут с большой дистанции, заняв свою нишу. На тех и на других делают деньги. Есть «звезды» ранга Мадонны или Дудамеля. На них не заработать, они сами на всех зарабатывают, но они нужны индустрии как флаг, привлекающий внимание масс.

И далее — все то, что посередине. Не знаю, как в шоу-бизнесе, но у нас не хватает именно этого — качественных артистов с известными именами и сравнительно невысокими гонорарами. На них в общем концертный бизнес и держится, за них идет основная конкурентная борьба среди концертных агентств, с одной стороны, и организаторов концертов на местах — с другой.

И главная проблема сегодняшней концертной жизни — это не «оскудение духовности» и не упорное нежелание публики прилагать усилия для восприятия серьезных вещей, всё это мифы. И не тенденция по превращению классической музыки в шоу-бизнес. Дай бог, как говорится, приблизиться нам к нему хоть чуть-чуть по объемам и влиянию. И, конечно же, не отсутствие денег — по крайней мере, в нашей стране.

Проблема — в недостаточном количестве талантливых, смелых и верящих в успех своего дела продюсеров, таких как вышеупомянутый Рене Мартен. Харизматичных лидеров, опережающих эпоху, — как Гергиев. Бизнесменов, ставящих искусство на рельсы финансовых потоков, — как Кехман. У них-то в основном все получается, без лишних слов и сетований на обстоятельства.

{-tsr-}В каждом поколении были личности, идущие впереди. В прошлом поколении это Святослав Рихтер (фестивали), Караян (звуко- и видеозапись, брендирование), Исаак Стерн (фандрайзинг, селекция и выведение на сцену молодого поколения артистов в США) и т.д. В противовес таким «реформаторам», жмущим на газ, есть и «консерваторы», которым отдана педаль тормоза. Они дают точку отсчета, возвращают к изначальности, не позволяют съехать планке. К таким в наше время можно отнести Плетнева, Соколова, Темирканова. В профессиональном мире их особо почитают.

Вот, собственно, и все. А артисты были, есть и будут разные, у каждого свое лицо, своя неповторимая индивидуальность. И работают они по-разному. Березовский дает 200 концертов в сезон, Соколов — 60, Кисин — 40. У каждого своя дорога, свой набор качеств и свои задачи. И свой гонорар. Точно так же, как в шоу-бизнесе.​

Автор - ведущий редактор отдела по связям с общественностью Санкт-Петербургской академической филармонии имени Д.Д. Шостаковича