Кристоф Руссе и Анна Горбачева в Патриаршем дворце

Французский дирижер открыл московской публике отличную певицу из Екатеринбурга

Имена:  Анна Горбачева · Жан-Филипп Рамо · Кристоф Руссе · Павел Сербин

По случаю Года Франции в России в самой утробе Кремля проходит маленький фестиваль с масштабным названием «Четыре века французской музыки», то есть с XVII по XX век с перехлестом в XXI. Исполнители – из обеих стран. Два концерта в Патриаршем дворце и два в Оружейной палате. Это очень конспективный, но емкий взгляд на французское музыкальное искусство, дающий представление о том, какое оно разное и почти у нас не прижившееся. Русскому музыкальному менталитету присущ скорее германоцентризм, который в этом франкофонском году просто трещит по швам.

Самую близкую нам по времени музыку исполнит в финале фестиваля (2 ноября) молодой французский пианист Ромен Дешарм, наставником которого был, в числе других, и Пьер Булез. В его программе ключевые имена новейшей, зыбкой и цветистой, французской музыкальной истории: Равель, Дебюсси, Мессиан и наш современник Филипп Фенелон (концертное исполнение его оперы «Вишневый сад» готовит в декабре Большой театр).

Век назад – это французская лирическая опера: Гуно, Массне, Оффенбах. Отдельные номера из их сочинений под аккомпанемент Анны Рахман исполнит царственная супружеская пара – Ольга Гурякова и Марат Гали (27 октября).

За самую старую музыку на фестивале отвечал мультиинструменталист Петр Айду, известный особой любовью к экстравагантным клавишным инструментам. На клавесине Christian Fuchs, сделанном по моделям XVII века, он плел кружева томных сюит золотой эпохи французской клавесинной музыки (Фробергер, Куперен, Шамбоньер и д’Англебер).

Читать текст полностью

©  Уральский государственный университет

Анна Горбачева

А XVIII век – это Жан Филипп Рамо, исполин, один из родоначальников французской оперы, имевший шумную славу при жизни и в наше время ставший модным у европейских барочников. Но его совершенно особый, хорошо узнаваемый стиль нашим исполнителям как-то не по зубам. Да и парадно-деятельный настрой, наверное, тоже. И франко-российская монопрограмма Рамо оказалась прекрасным исключением из этого правила и, наверное, кульминационным пунктом фестиваля.

Эту программу вместе с московским оркестром Pratum integrum (руководитель Павел Сербин) подготовил известный французский аутентист Кристоф Руссе, начинавший свою карьеру в легендарном, недавно нас посетившем ансамбле Уильяма Кристи Les Arts Florissants. Для коллектива Сербина, напоминавшего компьютер после апгрейда, эта встреча, надо думать, была невероятно приятна и важна, и жалко только, что присутствовать на ней довелось лишь тем, кто сумел проникнуть на пропускную территорию Кремля и забить до отказа сводчатую палату Патриаршего дворца (что греха таить, фестиваль скорее для своих, чем для широкой общественности).

Но драйв, элегантность и удивительный саунд, где приоритет у старинных духовых, главным симпатягой среди которых был гнусавый фагот, – это еще не все достоинства, за которые Кристофу Руссе надо сказать спасибо. Его же инициативой было пригласить в качестве солистки молодую певицу Анну Горбачеву, которая минувшим августом оказалась загадочной победительницей престижного конкурса барочной оперы имени Антонио Чести в австрийском Инсбруке. Успешная барочная певица с русской фамилией – это почти оксюморон. Даже на фоне возросшей моды на исторически достоверное исполнительство барочным певцом у нас по-прежнему считается тот, у кого просто не хватает голоса на Верди. Аккуратненько, стильненько – вот похвалы, которыми принято их награждать.

Горбачева – это совершенно другой случай. Объясняет ситуацию то, что после факультета международных отношений Уральского государственного университета она уехала учиться пению в Европу, где ей это очень неплохо удалось. Она уже получила кучу призов и в настоящее время стажируется в оперной студии при Королевской академии музыки в Лондоне.

{-tsr-}Для всей публики, включая куратора фестиваля – большого знатока голосов Алексея Парина, она оказалась абсолютным открытием. Несмотря на камерность помещения, фурор случился нешуточный, и бисовую арию из «Платеи» Рамо пришлось петь два раза подряд. У нее очень красивое, свежее, прямо-таки ароматное сопрано с чистыми колоратурами, которое дополнено тонко стилизованной барочной страстью и ироничностью современной девушки. А главное, слушая ее Рамо, а вовсе даже не Верди, думаешь про большой стиль и большую певицу.