Потщися, надежда наша, православный царю

Свобода подачи челобитных хорошее дело, но бороться лучше бы за какую-нибудь другую. Например, за свободу прессы

Теперь, когда все немного успокоились, давайте поговорим про «топ “Яндекса”», или, если точнее, про «Рейтинг популярных записей». Известие о его закрытии вызвало такой девятый вал обвинений в адрес компании и горьких сожалений (пополам с инвективами) от рядовых пользователей, что по горячим следам писать про это было как-то неправильно. Теперь волна вроде бы схлынула и можно попытаться разобраться.

Суть дела вполне откровенно изложена в пресс-релизе компании: инструмент перестал быть зеркалом популярности и превратился в увеличительное стекло (или, не знаю, указку), которое коллективными усилиями блогеров наводят на то или иное событие. Инструментом «стали пользоваться все, кому не лень — от распространителей ссылок “помогите собрать деньги” до радикалов всех мастей. В результате радикалы одних мастей стали обвинять Яндекс в пособничестве радикалам других мастей, и наоборот. Привычку просматривать страницу рейтинга приобрели журналисты, выведение в топ стало платной услугой, и вот уже власти предержащие смотрят на рейтинг записей как на “глас народа”». Ну и «Яндекс», давно уже открещиваюшийся от звания СМИ, не выдержал: лавочку прикрыли. Дальше идет часть, которую, по-хорошему, пиарщикам компании следовало бы опустить, — про то, что, мол, «Яндекс» сосредоточен на массовых сервисах и прочая.

Пользователи тут же объявили, что их лишили единственного инструмента обратной связи с властями, и, надо сказать, доля истины тут есть. Мы уже неоднократно писали, что блогосфера, после благополучного упромысливания СМИ, стала одним из самых действенных инструментов этой самой обратной связи. Даже вроде бы «сам президент по утрам почитывает» топ «Яндекса». И, наверное, дает иногда указание «разобраться». Это все правда. Ну, то есть про президента не знаю, а про возможность достучаться — очень даже. Чем нам в этой связи грозит закрытие топа?

Скорее всего, в долгосрочной перспективе — ничем. «Яндекс» дает возможность сторонним разработчикам сделать собственный рейтинг, и, вероятно, желающих этим заняться будет довольно много. Два клона уже можно наблюдать в действии: один — на сайте Студии Лебедева, второй — на другом, со звучным названием Whoyougle (там, кстати, уже появился удобный инструмент для того, чтобы регулировать вес параметров — просмотров, комментариев, ссылок, — определяющих популярность записей).

А ведь — надо понимать — недели не прошло с момента появления пресс-релиза «Яндекса». Клоны эти будут множиться некоторое время со всё возрастающей быстротой, отчего пользователей ожидает некоторый период неразберихи, как на любом только-только демонополизированном рынке. А потом из множества новых рейтингов довольно быстро выделятся два-три наиболее авторитетных и удобных, после чего ситуация придет в новое равновесие, уже не монопольного, а, скорее, олигопольного свойства.

Читать текст полностью Образуется структура вроде «большой тройки» рынка сотовой связи или, если хотите пример из другой области, будет воспроизведена ситуация «Коммерсантъ» — «Ведомости». Если вопрос о цензуре встанет действительно ребром, то, скорее всего, один или несколько рейтингов окажутся вне российской юрисдикции, отчего справиться с ними будет сложнее. Придется применять опыт китайских товарищей. Эту последнюю альтернативу рассматривать нет смысла: при таком положении дел будет не до рейтингов блогов.

Рассуждать о мотивах «Яндекса» не очень интересно, они очевидны. Руководство компании хочет ее, с одной стороны, сохранить, а с другой — явно не готово заниматься цензурой или позволять цензуру на своих площадках. В этом смысле закрытие топа делает ему, руководству, честь. А если кто думает, что у «Яндекса» были альтернативы, то пусть расскажет, какие именно.

А вот реакция пользователей, которую хорошо видно из этого, например, поста, действительно интересна. Пользователь привык, что условный «рынок рейтингов» монополизирован. Привык, что для обратной связи с властями у него есть один-единственный канал. И вот это действительно очень плохо.

Если достучаться до властей можно, только пройдя последовательность: вывод в топ «Яндекса» — СМИ — резолюция чиновника, и такая ситуация всех, в общем, устраивает, это означает сразу несколько неприятных вещей.

Во-первых, это значит, что работники российских СМИ по преимуществу профессионально непригодны. Речь же не идет о том, что кому-нибудь запрещали писать про дом престарелых, в котором директор оказался садистом. Речь о том, что СМИ и не подумали ничем таким поинтересоваться. А зачем? Все стоящие новости — в блогах «Яндекса». То есть работа происходит согласно описанному Михаилом Жванецким механизму функционирования советской печати: «Правда ли, что за забором ведется строительство? — Правда, — отвечает газета». Еще хуже то, что гражданам не приходит в голову в эту самую газету обратиться напрямую, а приходит в голову исключительно «выводим в топ!», потому что «президент, говорят, по утрам…» и т.д. Газете тоже не приходит в голову прислушаться к гражданам или там открыть глаза на происходящее: не обо всем же, право дело, что висело за последний год в топе, нельзя писать.

То есть если задаться вопросом о том, насколько пресса доверяет гражданам, которые обращают внимание этой самой прессы на злоупотребления, и насколько граждане доверяют прессе, которая должна об этих злоупотреблениях сообщать, — ответ в обоих случаях будет один: ни насколько. Единственным способом циркулирования информации является подача челобитных наверх и спуск оттуда вниз резолюций «разобраться и доложить».

Рейтингов-то можно наплодить сколько угодно — и влиятельных, и свободных, и независимых. Но это все будет не про свободу прессы, а про свободу подачи челобитных. Она сама по себе неплоха, эта свобода, но бороться хотелось бы за какую-нибудь другую.