Горизонталь против вертикали

Власть в России в большой степени – это игра на закрытых данных. Это битва за неопределенность, которая и есть настоящий товар, производимый российским государством

Когда президент отдает приказ, а где-то по пути приказание искажается и в конце концов не выполняется – это не просто безалаберность. Это противостояние вертикали и горизонтали. Им пронизана общественная жизнь в любом государстве. Но в России этот поединок особенно драматичен.

Вертикали, по которой сверху вниз движутся приказы и внутри которой заключаются сговоры между начальствующими и подчиненными, противостоят сети. Горизонтальные сети подтачивают власть пирамиды власти. «Мерседесы» для начальства годами покупались по отлаженной откатной процедуре, естественно, закрытой от публики. Но существует закон о коррупционных практиках за рубежом (FCPA), позволяющий преследовать за взятки компанию, которая торгуется на американской бирже или просто имеет дело с другими американскими фирмами. Благодаря проведенному в США и Европе расследованию дела компании Daimler и журналистским публикациям о нем власть именно в этом локальном секторе закрытости подорвана. Даже российская прокуратура вынуждена начать проверку организаций, упомянутых в деле.

Работа юристов, журналистов, деятельность блогеров и просто общение между людьми размывает ценность обладания «тайной» информацией. На финансовом рынке такая информация называется «инсайдерской», и использование ее к собственной выгоде считается преступлением. В России, кстати, закона об инсайде до сих пор нет, и поэтому на тайном знании до сих пор безнаказанно зарабатываются деньги. Тот, кто знает о будущем совещании, где премьер-министр раскритикует конкретную компанию, может за один день приумножить свое состояние. Отлично заработает и тот, кто знает о том, как будет изменен налог на добычу нефти; и тот, кто знает об изменении тарифов на электроэнергию; и тот, кто знает, на какой участок в центре города положил глаз застройщик, связанный с московским правительством.

«Они очень похожи на настоящий бизнес, но как только начинаешь разговаривать, выясняется, что все их планы зависят от непредсказуемых действий чиновников, –  рассказывал мне на днях иностранный инвестор, приехавший в Москву, чтобы лучше узнать, куда бы вложить деньги. – Они принимают решения так, чтобы минимизировать ущерб от возможного произвола властей. Это тоже, конечно, рациональность, но не такая, как у нас».

Читать текст полностью Власть в России в большой степени – это игра на закрытых данных. Это битва за неопределенность, которая и есть настоящий товар, производимый российским государством. Главные игроки держатся за «служебную» информацию как за основу власти. Они могут без предупреждения менять правила игры. Благодаря доступу к тайному знанию они получают огромные деньги – и снова доступ к тайне – и снова деньги.

Именно поэтому все, что подрывает власть тайного знания, государство воспринимает как угрозу. Именно это, а вовсе не «экстремизм» причина  всех ограничений для прессы. Открытая информация подрывает власть, основанную на закрытой. Интересно отметить, что когда публикация на чувствительную тему готовится, заинтересованные стороны, если они знают об этой работе, пытаются ее предотвратить. Но только до выхода. После выхода они просто отмалчиваются. Кстати, есть в этой области одно достижение – с начала этого года в России действует новый закон о доступе к информации госорганов (8-ФЗ), которым пока мало пользуются и о котором мало знают.  

Даже независимая проверка достижений «ученого» Петрика – угроза. Одно дело Петрик и его фильтры, назначенные партийным чиновником «перспективными», и другое дело тот же Петрик и его фильтры, рассмотренные настоящими учеными. Назначение сверху – вертикаль; проверка достижений коллегами – горизонталь. Во всех научных организациях мира достижения ученых  подтверждаются именно коллегами – сетевым горизонтальным путем.

Вообще профессиональная ценность, творческие достижения, популярность и даже материальное богатство получают подтверждение со стороны, и поэтому вертикальная система воспринимает их как проблему. Поэтому и делаются попытки «назначать» властителей дум, художников, журналистов и бизнесменов. Ведь творческие достижения, популярность и деньги – это независимость, а закрытая система не переносит независимости. Интересно, что в одних областях назначенные фигуры закрепляются, в других нет. Существуют назначенные «журналисты» и «политологи» – на телевидении других, пожалуй, почти нет. Есть, скажем, назначенные художники с личными музеями при жизни (Шилов, Церетели), но не видно таких писателей. Аудитория Пелевина, Сорокина, Акунина, Улицкой – настоящая, честно заработанная.

Тот же процесс и в отношениях с бизнесом: «равноудаление» начала нулевых годов было на самом деле процессом назначения олигархов. Самый строптивый, Михаил Ходорковский, отказался быть назначенным. Он желал быть самостоятельной фигурой, т.е. считал, что может и должен сам распоряжаться капиталом, источником его власти. Это была мощная «горизонтальная» угроза вертикали, и вертикаль пошла на жесткие ответные меры.

{-tsr-}Сколько еще продлится господство вертикали, трудно сказать. Вероятно, долго. Потому что возможности сетей, включая и социальные сети в интернете, ограничены. Но нужно понимать, что отношения вертикаль – горизонталь неизбежно изменятся в пользу горизонтали. Поиск и распространение общественно значимой информации – движение к свободе. Сетевые отношения, подрывающие коррупционные связи и связи по принципу патрон – клиент, – тоже путь к свободе. Бизнес, не зависящий от купленного через власть актива, – тоже. Авторитет, не назначенный, а завоеванный честно и открыто, – тоже.

Автор – редактор отдела «Комментарии» газеты «Ведомости»