Человек с граблями

Медийный бизнес, построенный на дорогой рекламе — телевидение и глянцевые издания, — в России мешал и мешает работе, с которой современная журналистика начиналась

Имена:  Роланд Шатц

Немецкий журналист и издатель Роланд Шатц до сих пор уверен, что кризис традиционных СМИ придумали американцы. Это они виноваты в создании пагубной зависимости СМИ от рекламных бюджетов больших корпораций. Это они теперь, осознав свое творческое банкротство, говорят, что виной всему смена бизнес-модели.

Шатц, издатель и владелец компании Media Tenor, посчитал, что количество журналистских рабочих мест в 2003 году, когда впервые заговорили о кризисе, вернулось на уровень 1997 года. Потом рабочих мест снова стало больше лишь затем, чтобы в последние годы сократиться до уровня середины — конца 1990-х годов. Традиционные СМИ не умерли, они сдулись. Издательские бюджеты слишком разрослись благодаря избытку рекламы в годы бурного экономического роста. Теперь доходы и размеры редакций возвращаются к прежним оптимальным величинам.

«Делом профессионального редактора всегда было: уместить новость, историю, свидетельство в ограниченный объем газетной полосы, послужить обществу, открыть глаза на проблему или коротко, но хорошо рассказать историю, — говорит Шатц. — Но в годы экономического бума задачей редактора стало заполнение все новых и новых полос». Когда-то ограниченным ресурсом было место на газетной или журнальной полосе, но экономический бум создал избыток печатной площади и времени вещания электронных СМИ. Ограниченным ресурсом стало внимание читателя.

Корпорации, стремящиеся продать товар или выпустить акции на биржу, покупали рекламу. Издатели увеличивали количество страниц. Для их заполнения нанимали все новых и новых журналистов, все менее подготовленных и менее опытных. Страниц и журналистов стало слишком много. Потом пузыри на рынках лопнули, поток рекламы оскудел, журналистов пришлось увольнять. Лопнул пузырь медийного бизнеса, построенного только на доходах от рекламы.

Но интереса, человеческого внимания, стремления разобраться осталось ровно столько, сколько было, когда единственной мерой успеха издания были количество проданных экземпляров. Возможно, что интереса даже стало больше.

Читать текст полностью Успех средства информации, независимо от выбранного способа зарабатывания денег, определяется на самом деле искренним интересом читателей. Люди читают, к примеру, деловые новости, потому что владеют акциями или являются вкладчиками банков и пайщиками фондов. Новости и комментарии помогают читателям решить, держать ли им ту или иную акцию, пользоваться ли услугами того или иного управляющего.

Похожим образом возникает интерес к политическим новостям и комментариям. Хорошие статьи могут помочь сориентироваться в биографиях и убеждениях кандидатов на выборные должности. Политические комментарии — пособие для избирателей. Интерес здесь определяется практической потребностью.

Статьи о проблемах общества интересны, если они помогают очистить общество. В начале ХХ века Теодор Рузвельт сравнил журналиста с человеком с граблями для навоза. Человек с граблями (Man with the Muck-rake), неустанно убирающий с земли грязь,— один из персонажей книги протестантского проповедника Джона Баньяна «Путешествие пилигрима». «Считаю благодетелем каждого, кто в книге, журнале или газете безжалостно нападает на зло, — говорил Рузвельт. — При условии, конечно, что в основе этой атаки — правда». Слово muckraking благодаря Рузвельту стало синонимом целой эпохи в американской журналистике. Заметим, что газеты и журналы, заполненные историями о ворах-чиновниках и нечестных коммерсантах, существовали тогда за счет продажи в розницу. Журналисты убирали грязь, а общество оплачивало эту работу, покупая газеты. Кстати, иллюстраторы изображали «макрейкеров» то с граблями, то с вилами в руках.


Возможно, в обществах, где свободная пресса существует давно, вся грязная работа давно сделана и в большом количестве уборщиков навоза нет необходимости. Важно и то, что журналисты, все еще готовые к грязной работе, бывают услышаны. Политикам и депутатам приходится уходить в отставку, репутации рушатся, акции компаний падают. На смену прежним политикам или собственникам компаний приходят новые. СМИ могут развлекать публику, могут разбухать от рекламы и гламура, потому что все помнят: навоз есть кому убирать. Ресурс человеческого внимания ограничен, но люди все еще помнят, на что обращать внимание.

В России и других странах, где работа человека с граблями до сих пор крайне трудна и просто опасна, возможности прессы не исчерпаны хотя бы потому, что конюшни стоят неубранными. Медийный бизнес, построенный на дорогой рекламе — телевидение и глянцевые издания, — возник в России не после того, как «макрейкеры» сделали всю грязную работу, а до того. Этот бизнес, по сути, мешал и мешает работе, с которой современная журналистика начиналась. Это аномалия развития.{-tsr-} Глянец у нас просто не может быть таким же, как в Германии или Канаде, потому что у нас милиционеры убивают людей на улицах, а политики миллиардами вывозят национальное богатство из страны. Возможно, поэтому главный ресурс, за который борются старые и новые СМИ — время и внимание читателей, — в России еще не выработан. Работы для людей с граблями (только ли с граблями?) много.

Автор — редактор отдела «Комментарии» газеты «Ведомости»