Александр Малютин: «У нас есть карт-бланш на полтора года»

Сегодня компания Арама Габрелянова «Ньюс медиа-Рус» запускает деловую онлайн-газету Marker.ru. Главный редактор «Маркера» поделился подробностями с OPENSPACE.RU

Имена:  Александр Малютин

— Что такое газета Marker.ru?

— Деловая газета. Газета, которая описывает события, новости, подоплеку текущих событий деловой жизни, делового мира: в банках, в промышленности, в финансах.

— Почему называется «Маркер»?

— Можно выдумать много легенд. Но вообще, слово «заметка» происходит от слова «заметить», «отметить», mark. Берем и отмечаем желтеньким маркером, красненьким, отмечаем главное, важное, интересное. Лаконичное название. Думали еще короче название сделать, но короче не было. Это же хорошо: чем доменное имя короче, тем проще набирать.

— У вас на сайте до запуска стояла заставка, дающая нам понять, что грядет деловое издание нового десятилетия — смена «Коммерсанту» и «Ведомостям». В чем выражается новаторство?

— Один мой коллега дал точное и яркое описание: «“Коммерсантъ” был газетой для Коляна и Толяна. “Ведомости” — для Николая и Анатолия. А “Маркер” — для Коли и Толи». Речь идет не о диком бизнесе 90-х; и это не подражание Западу, которое характерно для нулевых (бизнес-школы, MBA, галстуки и прочее). Сейчас всё как-то проще; бизнес познал и дикие времена, и западничество; пришло понимание, что у нас в стране он имеет свои особенности. У нас не работают те реалии, о которых говорят в западных школах: все коррумпировано, по-другому захватываются доли рынка, по-другому получаются квоты, по-другому выводятся товары на рынок — всё по-другому. Вот мы и хотим смотреть на это спокойно и описывать это так, как есть. Поэтому мы стремимся к простому языку, без формализма. Условно говоря, мы хотим рассказывать о событиях так, как о них рассказываешь, сидя с друзьями за кружкой пива: ты хочешь, чтобы им было интересно, поэтому стараешься рассказывать так, чтобы тебе не сказали, что скучно, уши вянут. Отсюда мы и переходим к тому, что называется «эксклюзивом» — не рассказывать «баяны». Мы будем строить проект на собственной информации. Понятно, что мы никуда не денемся от общеизвестных событий и информации. Например, авария «Невского экспресса». Мы не будем давать это как новость — мы будем давать подробности, касающиеся нас: кто сделал эти вагоны, эти кресла, почему они так просто оторвались и убили столько человек. Проверим, как проводились испытания этих вагонов, узнаем, во сколько это обойдется РЖД. Издания общего плана займутся учетом погибших, выяснением причин аварий. А нас интересует деловая сторона произошедшего: какие последствия это будет иметь для компаний. Вообще, мы ищем новости сами. Такая-то компания задумала сделать это, получилось то-то, хотят сделать это, то. Можно сказать, что мы пытаемся сформировать первую полосу деловой газеты, освободиться от груза, который в газетах составляет остальные 15 полос. Есть первая полоса, а на остальные ведь тоже надо что-то поместить, что-то там рассказать, дать интересные события на все полосы. А мы можем от этого освободиться, сосредоточиться на каких-то более важных событиях. Если в газетах дают 30—40 текстов, то мы будем давать 10: немного, но зато интересно. Безусловно, работают и все наши коллеги, ищут интересное и важное; поэтому мы отдаем себе отчет, что ввязываемся в серьезную конкуренцию. Если издание строится на собственной информации, оно уже отличается от многих.

Конечно, и эксклюзив бывает разный. Есть события, которые мы на своем внутреннем языке называем «неуловимый Джо». Почему Джо неуловим? Потому что он никому не нужен, его никто не ловит. Бывает так, что какие-то сведения есть только у тебя, но они никому не интересны.

Чтобы публиковать только интересный эксклюзив об общественно значимых событиях, с известными людьми и любопытными поворотами, нужно пройти некий путь. Через какое-то время мы этот путь пройдем: у нас есть карт-бланш на полтора года. За это время, а лучше раньше мы должны добиться того, чтобы у человека, не почитавшего «Маркер», было ощущение, что ему чего-то не хватает.

Точно так же была мода на «Коммерсантъ» и «Ведомости» в прежние годы, когда ты их читаешь просто потому, что их все читают, все об этом говорят и ты хочешь быть в теме. Это комильфо — знать, о чем написал «Коммерсантъ». Мы хотим добиться этого же. Такой путь, понятно, проходится не за два дня.

Мы делаем большой упор на «юзабилити» текстов, чтобы не было, как говорят, «многа букаф»: в интернете большие тексты не читают. У нас будет инфографика, разное оформление, лаконичные тексты. В общем, большая ставка на то, что читатель хорошо разбирается в интернете. Знаете, сайты бумажных газет содержат в себе заметки этих газет. По многим параметрам такие тексты не очень удобны. Если сравнивать эти сайты по удобству с ЖЖ, с его фишками, функциями, то получается большая разница.

Читать текст полностью — На какую аудиторию рассчитан «Маркер»?

— Это не обязательно должен быть бизнесмен. Это может быть молодой человек, желающий сделать карьеру, быть в курсе. Мне кажется, наша аудитория будет несколько моложе, чем у бумажных изданий, скорее всего, 25—35, а не 30—40. Наш читатель уже совсем не боится интернета, он знает слова «ЖЖ», Facebook, Twitter, он везде там был, все видел, ему не нужно постоянно повторять «Twitter — это сервис микроблогов». Можно спокойно написать «Твиттер». Он знает и как ленту RSS настроить, он все знает, не нужно повторять по десять раз.

— В сфере интересов только отечественный бизнес или еще и зарубежный?

— Главным образом отечественный. Но мы идем от читателя. Читателю интересен выход iPad. Как же об этом не писать? Нельзя же писать только о месторождениях нефти. А iPad интересен нашему читателю. Можно рассказать об этом событии с разных сторон. Например, все прекрасно знали и дату, и время, когда Джобс объявит и покажет iPad. К этому событию можно готовиться, можно нагнетать. Разобраться, например, заранее, как удалось Apple обеспечить такую секретность. Ведь не утекло изображение iPad в народ, хотя в процессе были задействованы тысячи людей.

— Что современного, инновационного будет в «Маркере», в том, как он построен и подается, строится?

— С читателем мы будем работать по-новому, самыми разными способами. Какими? Вот у меня есть в ЖЖ блог Zakupki-News, он посвящен тендерам. Это — Web 2.0: собрал френдов, попробовали поучаствовать в тендере, потом решили заняться аналитикой. А объем работ огромный, один не справишься. Но объявился десяток добровольцев — тянем, получаем аналитику, которую еще никто не делал. Почему бы этот опыт не применить, не развить?

Наш читатель увидит и видео, и аудио. Вопрос в том, что многие имплантируют видео в порядке эксперимента, поэтому часто получается, что оно выглядит кургузым, не к месту. Так как мы все пришли из газеты, а не с телевидения, нам еще надо будет притереться, чтобы понять, какое у нас должно быть видео. Это могут быть какие-то интересные куски пресс-конференций, видео, иллюстрирующие текст. Пишешь о заводе — почему бы не дать ролик, показывающий устройство завода.

Читатель сможет вступить в дискуссию, оставлять комментарии. Мы будем устраивать акции, будем вовлекать читателей в процесс.

И тогда мы выполним задачу медиа — посредника между поставщиками новостей и потребителями новостей. Что мешает нам перед интервью с важной персоной узнать у читателя: что спросить бы? что вам интересно узнать?

— Есть сайт «Хабрахабр». Там сидит группа единомышленников, которая регулярно создает контент по интересующей их тематике. Они сами постят материалы, обсуждают их, проставляют рейтинги, общаются. Как посетители «Маркера» будут участвовать в процессе? Только читать, обсуждать и задавать вопросы или еще смогут и сами что-то предлагать, публиковать, искать?

— Это вопрос дискуссионный. Представьте себе «Хабрахабр», к которому добавлены журналистские возможности. Получится такой деловой «Хабрахабр», где есть группа профессиональных журналистов (наши ребята); и они, помимо всего варева, производящего сообщество читателей, имеют возможность добраться до ньюсмейкера, получить информацию из первых рук, достать документы. Условно говоря, в порядке бреда: затевается обсуждение «Какую модель должен выпускать “АвтоВАЗ”». Одни говорят «дешевая/ красивая/некрасивая/закрыть завод». А потом возникает вопрос: что по этому поводу думает Министерство промышленности? Читатели этого выяснить не могут, а их интересует. Получается, что журналист одновременно работает с читателем и обслуживает его. Он добывает какие-то чертежи, информацию из Министерства промышленности, а читатель за это благодарен. Я бы не сказал, что все это будет сразу, но мы будем этот механизм постепенно вводить: деловая газета 2.0.

Но это не цеховой междусобойчик. Мне представляется, что читателю интересно принимать участие не в жизни, скажем, «Коммерсанта», а в жизни страны. Выходит, например, Закон о торговле. Очень много недовольных. Давайте вместе попробуем разобраться, плох ли он на самом деле, чем именно, а если и вправду плох, то давайте попробуем накапать на мозг правительству, чтобы закон изменили. Читатели не должны участвовать в жизни редакции и подменять редакцию, пусть участвуют в жизни страны. С нашей помощью.

— То есть вы будете активно взаимодействовать с читателем, но весь контент все равно будет производить редакция?

— Вот смотрите, как это можно описать. Съездил журналист на завод, сделал репортаж, в комментариях к этому репортажу появляется человек с завода, который говорит: «Не был ты в таком-то цеху, а там такое творится!» Мы не знаем, откуда этот человек, кто он, выдумал он или не выдумал все. Чутье и опыт должны нам подсказать, врет он или не врет. Если мы решаем, что не врет, то надо проверить эту информацию. Надо позвонить на завод еще раз, спросить, выяснить и потом уже добавить информацию к репортажу. Мы этот момент пока еще обсуждаем в редакции, но почему бы не делать UPD, как в постах в ЖЖ? Почему бы не добавить, что человек сказал про цех; мы разобрались, действительно в таком-то цеху творится невесть что. И это — авторизованная информация.

— Арам Габрелянов в одном из интервью про «Маркер» говорил, что будет создана еще и бумажная версия, но сказал, что по этому поводу есть некие противоречия внутри коллектива. Будет ли газетная версия?

— Верьте Араму Ашотовичу: как он сказал, так и будет. Но сейчас мы над бумажной версией не работаем, пока нет такой задачи. Мы должны понять, какой именно должна быть бумажная газета в новом времени, нужно понять, нужна ли она вообще. Вы знаете аналитика прессы Василия Гатова? Он как-то описывал стартап португальской газеты «i». Там был очень смелый эксперимент, все делалось не так, как принято. Продавалась реклама на первой полосе около логотипа и прочее. Я бы посмотрел на то, что получилось в результате: нет уверенности в том, что может выйти. Старая модель бумажной газеты уходит. Либо газеты станут чем-то сверхдорогим для узкого круга людей, как сигары. Вот мы с вами курим сигареты, а кто-то курит дорогие сигары по сто долларов за штуку. Может быть, и с газетами так же будет. Не знаю. Я как-то летел в самолете, со мной рядом сидел пожилой дядечка, который читал, кажется, The Wall Street Journal. И он с упоением вчитывался во все эти бесконечные таблицы с цифрами, карандашиком какие-то пометки делал. А он не бедный, сразу видно, у него и телефон есть, и смартфон, а газету все равно бумажную читает. Он так привык, ему по кайфу. Привык принимать решения исходя из этого алгоритма. Так он и живет. Наверное, такие останутся.

Я бы рискнул. Но газету бумажную запустить — это огромные деньги. Почему же за эти даже меньшие деньги не запустить сайт? Сейчас запускать газету — больший риск, чем запускать сайт.

У нас, к слову, очень технократическая редакция. Я таких никогда прежде не видел. Одних выпускников МФТИ пять человек. То есть для них технологии, интернет, компьютеры не пустой звук.

— Ваши потенциальные конкуренты скептически отнеслись к информации о том, что «Ньюс медиа» запускает деловую газету. Почему?

— Обычное дело. Помните, чем занимался десять лет назад издательский дом Independent Media? Издавал журнал Cosmopolitan и Playboy. И все тоже говорили: «Вот! Глянец и гламур! Какая деловая газета “Ведомости” может быть?» А вот она, вот она есть. Дело же не в том, что таблоиды и нетаблоиды, а в том, где есть настоящая журналистика. Может не нравиться жанр, но нельзя спорить с тем, что в газете «Жизнь» работают качественные журналисты. Они добывают информацию. Может кому-то не нравиться то, что находятся подробности из жизни звезд, например, но они добываются в качестве авторизованных документов. Это не слухи, это информация, которую нелегко найти. Люди умеют работать. Вот и мы в «Маркере» работаем, только мы делаем деловое издание, а не даем подробности из жизни селебритиз.

Давайте возьмем модельную ситуацию. Какой-нибудь министр поехал в какой-нибудь регион, остановился в гостинице. Не думаю, что мы будем шпионить за его номером, смотреть, кто туда заходил, кто выходил (хотя, я думаю, было б неплохо, но у нас просто не хватит ресурсов). Нам главное — понять: а чего он туда приехал-то? зачем? с кем будет встречаться? о чем говорить будут? какие будут последствия? Это все тоже узнать нелегко. У нас есть способы все добывать, но нет ставки на желтизну. Это серьезное деловое издание. Хотя репортажные подробности о том, роскошный был номер или не очень — если их удалось раздобыть, — почему бы не вставить в материал? А заодно узнаешь, какие у чиновника любимые сигары. Почему бы и нет?

— Какие цели поставлены перед проектом?

{-tsr-}— Есть ряд простых показателей, что проект состоялся. Надо, чтобы о нем говорили, чтобы его читали свои, а не нагнанные, купленные, притащенные читатели. Если люди будут звонить и говорить «Вот, прочитал в “Маркере”», если будут обсуждать в ЖЖ, если будут пересылать ссылки по «аське», если будут делиться друг с другом. Это ощущение, что проект состоялся, всем известен, оно очевидно, просто понятно.
Я понимаю, чем вызван скепсис. Посмотрим.