Вольтеры и фельдфебели

Путинская инициатива по составлению списка ста книг, обязательных к прочтению, – пример очередной попытки бессмысленной и избыточной регламентации

Имена:  Алан Блум · Владимир Путин · Роберт Хатчинс

Тут, как известно, на днях Комитет по охране здоровья Государственной думы РФ нового созыва рекомендовал принять в первом чтении законопроект № 625497-5. По ссылке можно во всех подробностях прочесть, в чем смысл очередных нововведений в части организации детского отдыха. Например, чтобы встать где-нибудь с детьми палаточным лагерем, необходимо произвести в лесу предварительно «генеральную уборку территории, скашивание травы, уборку сухостоя и валежника, очистку от колючих кустарников и зеленых насаждений с ядовитыми плодами, акарицидную обработку территории, мероприятия по борьбе с грызунами». Примут его в таком виде или нет — неизвестно, может, что и не примут. Однако общее направление правительственной мысли эти «мероприятия по борьбе с грызунами» в лесу иллюстрируют как нельзя красочнее.

Литература тут при чем, рубрикой вы не ошиблись. Вчера, как всем уже известно, национальный лидер опубликовал статью по национальному вопросу, про которую уже много написали и успели даже выяснить, откуда она, статья, с ошибками списана. Нас, впрочем, интересует в ней ровно один абзац:

«В некоторых ведущих американских университетах в 20-е годы прошлого века сложилось движение за изучение западного культурного канона. Каждый уважающий себя студент должен был прочитать 100 книг по специально сформированному списку. В некоторых университетах США эта традиция сохранилась и сегодня. Наша нация всегда была читающей нацией. Давайте проведем опрос наших культурных авторитетов и сформируем список 100 книг, которые должен будет прочитать каждый выпускник российской школы. Не вызубрить в школе, а именно самостоятельно прочитать. И давайте сделаем выпускным экзаменом сочинение на темы прочитанного. Или по крайней мере дадим молодым людям возможность проявить свои знания и свое мировоззрение на олимпиадах и конкурсах».

Спичрайтер, а вслед за ним и Путин апеллируют, таким образом, к известной программе «Великие книги» (Great Books) — списку из ста главных текстов западной культуры, появившемуся на свет в результате развернувшейся в двадцатые-тридцатые годы дискуссии в академической среде США. Смысл формирования этого списка был в том, чтобы улучшить качество высшего образования, развернув его в сторону междисциплинарности, поскольку, по мнению инициаторов программы, тогдашние американские университеты слишком увлеклись узкоспециальными курсами.

Читать текст полностью Ни одна из учебных программ, сформированных на основании соответствующего списка (а на самом деле — списков), не была обязательной: курсы «Великих книг» обычно изучались немногими студентами, в отдельных группах, которым преподаватели университетов и колледжей — коль скоро те входили в соответствующее движение — уделяли, правда, особое внимание. Сегодня эти программы и вовсе преподаются в отдельных учебных заведениях, которые легко можно пересчитать по пальцам — ну не одной, но двух рук точно. Историю критики «Великих книг», от Алана Блума до критики с позиций феминизма или мультикультурализма, мы опустим, а то статья разрастется до неприличных размеров, но желающие могут погуглить.

Важно также, что «Великие книги» не были (и не являются) раз и навсегда заданным неизменным каноном — в программу изначально была заложена не просто возможность, но необходимость изменений. Как писал один из инициаторов движения Роберт Хатчинс, «по ходу истории… пишутся новые книги, по праву получающие место в списке. Книги, однажды включенные в него, заменяются другими; эти перемены будут происходить до тех пор, пока люди продолжают мыслить и писать. Задачей каждого поколения является переоценка традиции, с которой оно живет, — отказ от того, что более неприменимо, и введение вновь возникающих пополнений Великого диалога¹ в контекст далекого и не слишком далекого прошлого. С одним из вариантов списка (1972 года) можно ознакомиться, например, здесь — а по этой ссылке — с составом издания «Британники».

Борьба с грызунами в начале была к чему? Путинское предложение — выразительный пример очередной попытки бессмысленной и избыточной регламентации. Сформируем, значит, список ста книг, а потом будем проверять на выпускном сочинении (одновременно, правда, уменьшим количество часов на преподавание литературы в школе — но это ладно, отдельная история). Так культурный канон не формируется. Он, надо сказать, вообще не формируется указами президента — даже после консультаций с «культурными авторитетами» (это, кстати, кто?), а возникает в результате действия сложных культурных механизмов. И попытки формирования такого канона правительством проходят примерно по той же статье, что «акарицидная обработка территории» в лесу. Или кодификация «современной литературной нормы» уполномоченным правительственным же органом в лице Института русского языка имени А.С. Пушкина.

Отдельное прекрасное чтение, из которого легко понимаешь, как именно может происходить формирование означенного списка, представляют собой уже собранные в материале РИА «Новости» предложения культурных авторитетов: российским школьникам они предлагают, в частности, в обязательном порядке читать Александра{-tsr-} Житинского, Владислава Крапивина, Захара Прилепина, Дмитрия Быкова, Валентина Распутина и Сергея Шаргунова — а Солженицына, по мнению также опрошенного Прилепина, следует вычеркнуть, «как и любую другую литературу, однозначно негативно освещающую мифологию страны и однозначно трактующую историю 20 века, равно как и любого другого века». На этом фоне здравый смысл говорит устами Льва Данилкина («Сто книг, вот попробуйте придумать этот список; заведомо невыполнимое задание»), Юрия Альберта («инициатива довольно демагогическая и не самая актуальная на данный момент») и Натальи Солженицыной («…как можно таким разным детям давать один и тот же список? Это же абсурд»). В завершение — небольшая сравнительная табличка американских «Великих книг» и путинских «Ста книг» — для наглядности.

Если это не карго-культ, то что такое тогда карго-культ? Остается, в общем, надеяться, что после выборов эта чудесная инициатива будет тем или иным способом похоронена. И по возможности глубоко.

___________________
¹ «Великий диалог» – название первого тома собрания «Великие книги Запада», изданного Encyclopædia Britannica Inc. В нем западная культура целиком рассматривается как постоянный диалог авторов все новых книг со своими предшественниками.