Еще более примечательные события развернулись в Каннах 2004-го. Возбудителями спокойствия стали на сей раз французские профсоюзы театральных актеров, недовольные тем же, чем недовольны все сейчас, — материальным положением. До Канн эти профсоюзы сумели сорвать массу французских культурных мероприятий, включая Авиньонский театральный фестиваль 2003 года.

Я, грешным делом, недоумевал: почему главное европейское кинособытие должно иметь проблемы из-за внутренних французских театральных распрей? Разве Канны хоть как-то связаны с театральными профсоюзами? Но во Франции все со всем связано, коли речь заходит о классовой солидарности.

Страсти нагнетались всерьез. Кто-то из профсоюзных лидеров пообещал, что в город нагрянут тысячи актеров-забастовщиков и что Канны получат церемонию открытия, которую запомнят надолго. К профсоюзным бойцам пообещали присоединиться антиглобалисты («Хана единственному в городе “Макдоналдсу”», — печально подумал тогда я). В ответ деловые люди Канн, от владельцев магазинов до рестораторов и парикмахеров во главе с вице-мэром, провели на Круазетт манифестацию под лозунгами «Вива фестиваль!» и «Вива Канны!» — их легко понять: кинофестиваль дает им всем такую прибыль, что потом можно год отдыхать. Весь фестиваль полицейские, как пешие, так и конные, плотным кольцом окружали Дворец. «Единственное, что мы можем гарантировать: во Дворец ОНИ не прорвутся», — решительно заявил кто-то из полицейских чинов, не слишком обнадежив своей фразой гостей-кинематографистов.

В итоге все обошлось. Актерские демонстрации выглядели забавным перформансом. В день каннской мировой премьеры «Шрека-2» многие манифестанты выкрикивали лозунги, нацепив на затылок игрушечные уши самого знаменитого из мультипликационных огров. Но полицейские, как я заметил, ни на секунду не выпускали из рук пластиковые щиты и не снимали с ног арматуроустойчивые щитки и ботинки. В отличие от иностранцев, они, как и дирекция фестиваля, знали свой революционный народ. Все обошлось, но могло и не обойтись.

Если столь суровые грозовые тучи склубились над Каннами в 2004-м, то чего же ждать теперь, когда некоторые репортажи из Франции и впрямь напоминают сводку боевых действий? Парижские стотысячные манифестации у Опера мы периодически видим по ТВ. Вот еще факты (с сайта www.vedomosti.ru). Рабочие большой фабрики в Тулузе разгромили цех, разожгли костер из шин, а затем захватили префектуру. На целом ряде предприятий сотрудники брали и берут в заложники топ-менеджеров, причем большинство французов, по результатам опросов, одобряют подобные действия, если они помогают сохранить рабочие места. Ага, вот главное: «Экономика Франции находится в ситуации сильнейшего спада со времен Второй мировой... По прогнозам, к концу года каждый десятый француз станет безработным».

И эти люди не захотят воспользоваться для протеста благоприятнейшим из шансов? Не пойдут, как в 1968-м, брать штурмом Бастилию Канны? Надо, по крайней мере, хитростью увести их в сторону, чтобы они не захватили заодно и Русский павильон и не взяли в заложницы ее символ — прекрасную Екатерину Мцитуридзе. Без Дворца фестивалей Канны еще, может, и проживут. Без Русского павильона им точно конец.


Другие колонки Юрия Гладильщикова:
Как хохлы и москали Гоголя делили, 31.03.2009
Болеть за кино как за футбол — глупость, 27.02.2009
Остров стиляг, 15.12.2008