Йоргос Лантимос: «У нас нет денег на фильм. Что ж, пойдем и сделаем его»

Режиссер «Клыка» о своем новом фильме «Альпы», планах на будущее и понятии «Брэд Питт»

Имена:  Йоргос Лантимос

В конкурсе Венецианского фестиваля показали «Альпы» — третий фильм греческого режиссера Йоргоса Лантимоса, автора «Кинетты» (2005) и «Клыка» (2009), получившего приз каннского «Особого взгляда».

«Альпы» — секретное общество и отчасти коммерческое предприятие: его члены (называющие себя именами альпийских вершин — предводителя зовут Монблан) собирают информацию о недавно умерших людях и предлагают родственникам заменить их за небольшую плату. Ходить в кино, произносить знакомые реплики, заполнять пустоту.

Вся деятельность группы определяется строгими правилами, полная версия которых опубликована в фестивальном пресс-релизе к картине. Так, пункт 8 допускает возможность экзамена по гимнастике для каждого из членов, а пункт 11 запрещает им вступать в эмоциональную связь с клиентами.

Одна из участниц предприятия, медсестра, утаивает от товарищей смерть одной из пациенток больницы и предлагает свои услуги ее родителям. Со временем все вживаются в свои роли, и ее присутствие в доме становится обыденностью — пока обман не раскрывается.

Если «Клык», в котором родители держали своих взрослых детей взаперти, внушая им искаженные представления о мире, был скорее сатирой на институт семьи, то «Альпы» ставят под вопрос само содержание понятия «человек». Каждый из нас оказывается совокупностью информации, суммой привычек и страхов, которые можно перезаписать на другой носитель — и копия справится со своими функциями не хуже оригинала.

Одну из ролей сыграла Ариан Лабед, в прошлом году получившая актерский Кубок Вольпи за роль в «Аттенберге» Афины Цангари (подробнее здесь). Сама Цангари стала продюсером «Альп» — несколько лет назад они вместе с Лантимосом основали собственную компанию Haos Film, чтобы помогать друг другу снимать фильмы в ситуации почти отсутствующей греческой киноиндустрии.

После премьеры в Венеции Лантимос ответил на вопросы OPENSPACE.RU.


— Откуда вообще взялась идея фильма о тайном обществе, которое заменяет родственникам их близких?

— Мы с соавтором сценария «Клыка» (Эфтимис Филиппоу. — OS) думали про следующую работу и как-то незаметно начали обсуждать людей, которые пишут письма или звонят кому-то от имени умерших. Такая странная форма контакта с тем, кого больше нет. Подделка, которая вполне может заменить оригинал. Идея неплохая, но совершенно некинематографичная. Я стал думать дальше и написал синопсис про медсестру, у которой умирающие прямо перед глазами. Мне показалось интересным, если она на самом деле будет заменять их — я имею в виду физически. Из этого могут родиться сложные отношения и ситуации.

Читать текст полностью

©  68th Venice Film Festival

Йоргос Лантимос

— Почему ваши персонажи занимаются тем, чем занимаются? Например, медсестра — зачем ей это?

— Я не могу говорить за нее, только за себя. Я всегда стараюсь оставить зрителю пространство для собственной интерпретации. Не собираюсь говорить им «это так!» или «это не так!», пусть думают сами. Когда я вижу фильм, в котором все слишком очевидно, то всегда испытываю разочарование. Не люблю конвенциальное кино.

Одна из мотиваций — они делают это за деньги. Если ты достаточно уверен в себе, или достаточно отчаялся, или что угодно «достаточно», то ты сможешь использовать подобную ситуацию в своих интересах. Так или иначе, так делают многие: находят кого-то уязвимого и используют его. Мы можем сказать, что медсестра испытывает потребность в постоянной перемене участи. Она примеряет на себя другие жизни, чувствует свою принадлежность к каким-то формально посторонним для нее вещам. Такой у нее способ сближаться с другими.

— Из вашей картины можно сделать вывод, что человек — совокупность информации: привычки, увлечения, любимые актеры. И если ты овладеваешь этой информацией, то ты можешь заменить того, кого уже нет.

— Да. Очень хорошо.

— У вас там есть еще такие комические моменты: они постоянно говорят о кинозвездах — Джуде Лоу, Моргане Фримене, даже с людьми, которые находятся при смерти. В этих местах зал смеялся.

— Почему, как вы думаете?

©  68th Venice Film Festival

Кадр из фильма «Альпы»

— Во-первых, сразу становится понятно, что за ситуация с национальным кино в Греции. Во-вторых, имена кинозвезд — международный язык, понятный каждому.

— Поразительно, что «Брэд Питт» означает одно и то же в самых разных странах, в самых разных культурах. Идея «Брэда Питта» объединяет миллионы.

— В трех ваших фильмах герои действуют по определенным правилам. Кажется, что вы одержимы ритуалом. Есть ли у вас собственный режиссерский кодекс?

— Я никогда не писал никаких манифестов. Философия кинематографиста оттачивается временем. Каждый фильм — это серия самых разных решений, ты экспериментируешь, пробуешь — что работает, а что нет. Есть вещи, которые мне близки, и вещи, которые мне не близки, но я не могу сказать: «Кино я, значит, снимаю следующим образом…». Если бы у меня были правила, я бы не снимал фильмы, я бы писал учебники.

В процессе съемок многое определяется интуицией, чему я рад: в противном случае все было бы слишком сконструированным. Хочется больше спонтанности. Хочется делать то, что кажется правильным, не вдаваясь в объяснения, почему правильно именно так.

— Вас не смущает то, что «Альпы» будут неизбежно сравнивать с «Клыком» и уже сравнивают?

— Меня это не удивляет и не смущает. Есть предыдущая картина, есть определенные ожидания. Важно только одно: чтобы эти ожидания не слишком влияли на то, что я буду делать дальше. Мне самому дорогу не заслоняли. Поэтому было важно снять «Альпы» максимально быстро. Чтобы не было времени на сомнения: «Не будет ли публика разочарована? Ждут ли они от меня того или этого?»

©  68th Venice Film Festival

Кадр из фильма «Альпы»

— Расскажите о вашей компании Haos Film.

— По большому счету Haos Film — это один парень, наш инвестор, с которым мы познакомились несколько лет назад. С Афиной мы познакомились во время подготовки церемонии открытия Олимпийских игр. Я был в числе тех, кто занимался постановкой шоу, но у меня были дела в театре, и на замену пришла она. Мы понравились друг другу: оба хотели снимать кино в Греции и оба знали, как это трудно. Слово за слово, решили делать все вместе, по очереди: один помогает спродюсировать фильм другому, потом мы меняемся. Не то чтобы кто-то из нас горел желанием заниматься производством, но другого способа нет. Она помогла мне снять «Кинетту», «Клык» и «Альпы», а я ей — «Аттенберг».

— Вы уже думали про следующий фильм?

— У меня нет конкретных планов. Но думаю, что следующий фильм, скорее всего, будет на другом языке и не в Греции.

— На английском?

— Да, скорее всего. Причина проста: в Греции почти невозможно снимать кино. Нет финансирования, нет поддержки. Мне казалось, успех «Клыка» решит наши денежные проблемы. Ничего подобного — ровно наоборот. У нас был крошечный бюджет на «Клыке» и нулевой бюджет на «Альпах». У нас был выбор: или снимать картину в Греции, одолжив деньги у друзей, вложить свои, никому не обещая никаких гонораров, все приходят в своей одежде и так далее — или не снимать его вообще. Все могло бы обернуться катастрофой. Разговор был такой: «У нас нет денег на фильм. Что ж, пойдем и сделаем». Если сидеть и ждать денег, то они никогда не придут. Если снять картину, деньги могут появиться сами собой. Теперь, когда «Альпы» показывают в Венеции и Торонто, к нам приходят люди и говорят: «Вот чек».

— Чем бы вы не стали жертвовать в ситуации таких строгих ограничений?

— Актерами, которых я выбрал. И тем, как я вижу свой фильм — как в процессе съемок, так и при монтаже.

©  68th Venice Film Festival

Кадр из фильма «Альпы»

— С вами вели переговоры американские продюсеры?

— Да. У меня теперь есть агент в Лондоне и Лос-Анджелесе — мы обсуждаем проекты в Британии и США. Мне бы, конечно, хотелось снять что-то радикально другое. Интересно, конечно, попробовать работать в Голливуде. Получится ли? В теории все так просто, но когда ты читаешь сценарий и общаешься с продюсерами, то быстро понимаешь, как на самом деле ограничены твои возможности. Свободу творчества в таких проектах найти очень сложно. В Англии, наверное, проще найти продюсера, который полюбит тебя таким, какой ты есть. Позволит остаться самим собой, снимая при этом на другом языке.

{-tsr-}Я думаю, работа за границей может открыть режиссеру что-то, чего он никогда не найдет дома. Другая история, другие традиции, другие люди.

— Вы бы хотели снять кого-нибудь из голливудских актеров, условного «Брэда Питта»?

— Да, не любого, но некоторых. Среди них есть люди с огромным актерским потенциалом, и это иногда даже видно. ​