Новый фильм Пола Томаса Андерсона

«Нефть» – страшная сказка про Золушку, которой пришлось вычистить вручную немало серебряных шахт и вычерпать ведром не одну нефтяную скважину, чтобы наконец приехать на бал в собственный дворец и допиться там до чертиков от ощущения ненужного могущества

У нас фильм назвали незатейливо — как роман Эптона Синклера, первые сто страниц которого вдохновили Пола Томаса Андерсона настолько, что он взял подзабытого писателя-соцреалиста в соавторы. Хотя от книги ПТА не оставил практически ничего, включая связь с биографиями таких нефтяных магнатов, как Эдвард Доэни и Джон Рокфеллер. В оригинале картина называется «И прольется кровь». И эта трэшево-пафосная интонация заслуживает маломальского соответствия. Ну хотя бы «Как закалялась нефть». А закалялась она не проще, чем сталь.

Первые слова в фильме — «нет» и «помогите». Они одиноко звучат посреди 15-минутной немой экспозиции, начинающейся в темноте земных недр. Сгусток человеческой воли со сломанной ногой по имени Дэниэл Плейнвью (Дэниэл Дэй-Льюис) червяком выползет из шахты и доберется до ближайших старателей за помощью, но хромым останется на всю жизнь.

Читать текст полностью Хромота прибавляет ему и без того достаточного сходства с дьяволом во плоти. Дьявол носит усы и шляпу, при нем чужой ребенок, которого он зовет сыном и называет не именем, а инициалами — Эйч Даблъю (Диллон Фризьер). Мальчик нужен для имиджа. «Я семейный человек», — представляется дьявол тем, у кого халупа стоит на просоленной нефтеносной земле, на которой ничего не растет. Он скупает их участки, в которых делает глубокие дырки, над ними возводит нефтяные вышки, к ним прокладывает трубы — и прольется земная кровь пополам с деньгами. Если есть дьявол, то где-то рядом должен быть и бог. Бог в «Нефти» под стать индустриальному дьяволу: сопливый проповедник сектантской церкви Третьего пришествия, фальшивый юродивый и хитрый вымогатель Илай (Пол Дэйно). Они оба торгуют надеждой. Но у кого нефть, тот и выходит в дамки.

В общем, история как история. Причем довольно старомодная — всего четыре трупа и одна шутка про молочный коктейль. Никаких недомолвок, длинные планы, неторопливый монтаж. Половина экранного времени потрачена на игру света и тени, силуэты, снятые в контражуре, и медитативные пейзажи соленой пустыни. Только отчего-то во время просмотра не покидает ощущение счастья. Оно не проходит, даже когда ты осознаешь: режиссер наверняка хотел бы сделать со зрителем то же самое, что Плейнвью с Илаем, — забить до смерти кеглей из боулинга.

ПТА всегда стремился к режиссерскому перфекционизму, начиная с «Крутой восьмерки», из-за надругательства над которой подрался с продюсером. Но в «Ночах в стиле буги», «Магнолии» и «Любви, сбивающей с ног» еще чувствовался комплекс автора, ребячески мечтающего удивить зрителя. «Нефть» дала Андерсону свободу и то, чего не хватало предыдущим вполне прекрасным картинам: большую тему, большой стиль и полную отрешенность от запросов зрителя. Получился фильм-энциклопедия. По нему вполне можно изучать не только историю нефти, но и историю кино — то, как ее переработал в своем сознании режиссер. Впрочем, не так уж важно, какие источники и составные части тут могут обнаружить критики — от очевидной «Алчности» Штрогейма до менее очевидного «Однажды на Диком Западе» Серджио Леоне и совсем не очевидной «Истории насилия» Кроненберга. Даже Кубрик там явно переночевал. Сам ПТА говорит, что два года, пока ждал финансирования, разминался ежедневным просмотром «Сокровища Сьерра-Мадре» Джона Хьюстона. Кто такой Джон Хьюстон? — спросят девять человек из десяти. Что на это ответить: это тот, у кого Дэй-Льюис позаимствовал булькающий и скрипящий шепот своего героя. Однако в русском прокате его не слышно за дубляжом.

Фильмы об акулах капитализма

1. Гражданин Кейн / Citizen Kane, 1941 (реж. Орсон Уэллс). Уэллс всегда отрицал, что прототипом героя стал газетный магнат Уильям Рэндольф Херст. Зато сам Херст направил все силы своей медиаимперии на то, чтобы потопить фильм Уэллса. На эпизоде из жизни Херста и его романе с Мэрион Дэвис основан также фильм Питера Богдановича «Смерть в Голливуде» (The Cat's Meow, 2001).

2. Авиатор/ The Aviator, 2004 (реж. Мартин Скорсезе). Леонардо Ди Каприо сыграл эксцентричного американского миллионера Говарда Хьюза, сына изобретателя буровой машины для добычи нефти, летчика, кинопродюсера и изобретателя. Вслед за этой картиной вышла комедия Лассе Хальстрёма «Мистификация» (The Hoax, 2006) — о журналюге, написавшем фальшивую автобиографию Хьюза.

3. Гигант / Giant, 1956 (реж. Джордж Стивенс). Прототип главного героя, которого сыграл Джеймс Дин (это его последняя роль), — нефтяной магнат Гленн Маккарти.

4. Последний магнат / The Last Tycoon, 1976 (реж. Элиа Казан). Экранизация романа Фрэнсиса Скотта Фицджеральда, основанного на биографии голливудского продюсера Ирвинга Тальберга.

5. Олигарх, 2002 (реж. Павел Лунгин). Экранизация бестселлера Юлия Дубова «Большая пайка». Прототипами главного героя, сыгранного Владимиром Машковым, стали Борис Березовский и его товарищи по «ЛогоВАЗу», включая только что умершего Бадри Патаркацишвили.

Еще по теме:

Кинокритики мира о «Нефти»

«Нефть»

Ссылки

• Кинокритики мира о «Нефти»
• «Нефть»