«Трансформеры: Месть падших»

Режиссеры Майкл Бэй («Трансформеры-2») и Макджи («Терминатор-4») померялись талантами. У Майкла Бэя он оказался заметно больше

Имена:  Майкл Бэй · Меган Фокс

Недавно мировая кинопресса была шокирована заявлением, сделанным режиссером четвертого «Терминатора» Макджи. Длительная перебранка, еще весной начатая создателем «Трансформеров» Майклом Бэем в его блоге («Он пытается скопировать моих гигантских роботов!»), закончилась тем, что утомленный Макджи изрек буквально следующее: «У Майкла Бэя — здоровенный член. Но мне хочется верить, что у меня — больше. Если Бэй готов, мы должны встретиться с ним на «спартаковской» лестнице студии Universal и там решить вопрос окончательно!»

В ответ Бэй промолчал, Макджи поспешно отшутился, и членами мериться режиссеры все-таки не стали. Но зрители, посмотрев «Терминатор: Да придет спаситель» и вторых «Трансформеров», теперь знают горькую правду: у Майкла Бэя, безусловно, больше. И он даже худо-бедно умеет им пользоваться! Беда в том, что интуиция у человека напрочь отсутствует, на чувства партнера ему наплевать, и, что хуже всего, бедолага попросту не в состоянии кончить, а потому может затрахать до смерти любого. Кроме разве что гигантского робота Девастатора.

«А размеры-то какие!» — потрясенно мямлит герой Шайи Лабефа, увидев древнее святилище в пустыне. Слово «размер» в пиар-компании фильма Майкла Бэя ключевое: пресс-релиз «Мести падших» практически целиком посвящен увеличившимся масштабам компьютерной графики и превосходству сиквела над первыми «Трансформерами». «В прошлом фильме было 14 роботов, на этот раз — 46». «Разрушение пирамиды в восемь раз масштабнее, чем предыдущий обладатель этого рекорда». «“Трансформеры” занимали 20 терабайт, а “Трансформеры: Месть падших” — 145». «Если бы вы захотели сделать рендеринг картины на своем домашнем компьютере, у вас ушло бы на это 16 тысяч лет» (мы бы не захотели, нет). Характерно, что синопсис фильма в пресс-релизе отсутствует: внятно пересказать весь этот поток плохо структурированного бреда не под силу никому. Но мы все-таки попытаемся.

Дружественные землянам автоботы и их предводитель Оптимус Прайм вместе с армией США создали спецподразделение «Нест», истребляющее оставшихся на планете злых роботов-десептиконов. Сэм тем временем уезжает из родного города, покидает отчий дом и подружку Микаэлу, которой никак не решается признаться в любви. Собираясь в дорогу, он обнаруживает на своей одежде небольшой осколок «куба» (см. первую часть), который сразу же привлекает к себе внимание десептиконов, затаившихся в космосе под предводительством доисторического Фоллена (он же «Падший»). Разобравшись (не без помощи «Неста») с внезапной космической атакой маленьких десептикончиков, наш герой отдает осколок Микаэле на хранение (поступок настоящего мужчины), прощается с любимым домашним автоботом «Бамбли» («Ты всегда, всегда будешь оставаться моей первой тачкой!») и отправляется в колледж — учиться, учиться и учиться.

Но кто же учится в колледже! Тем более что комнатку в общежитии Сэму приходится разделить с презабавнейшей компанией: мечтающим разбогатеть продавцом календарей Лео и двумя сумасшедшими интернетчиками — Шарски и Фассбиндером (!). Незадолго до приезда Сэма эта веселая компания хакнула систему университетского распределения, и теперь кампус оказался буквально забит шикарными девицами... Вечеринки, бухло, легкие наркотики! Телки-телки-телки! Какая уж тут учеба! Сэм изо всех сил пытается сохранить верность Микаэле, но в итоге почти сдается под натиском белокурой Эллис, твердо вознамерившейся затащить новичка в койку. Почти, потому что Эллис на поверку оказывается киборгом (очевидный пинок Макджи) и в самый неожиданный момент пытается засунуть парню в рот длиннющий язык-хвост-щупальце из металла, чтобы добраться до его бесценного мозга. Когда Сэм прикоснулся к осколку «куба», в его сознание проник древний код, необходимый десептиконам для реванша, и теперь бедняга время от времени выпадает из реальности, слышит голоса и видит непонятные символы. В периоды помутнений Сэм ведет себя так, будто хватанул на вечеринке изрядную дозу диэтиламида, столь популярного в среде юных американских студентов. У зрителей — примерно те же ощущения.