Театр начинается с вешалки

Максим Боксер, один из авторов выставки Dancing into Glory, прошедшей в сентябре в Париже, рассказал АННЕ САВИЦКОЙ о своей коллекции театральных костюмов

— В основе юбилейной выставки Дягилевских сезонов коллекция, которую вы собираете вместе с вашей лондонской коллегой Елизаветой Мешквичевой. Расскажите, как возникла коллекция.

— Идея собирать театральные костюмы к дягилевским балетам возникла совершенно спонтанно. Я случайно увидел их на одном из аукционов Kerry Tailor Auctions. Сама Кэрри Тэйлор — специалист по старинному костюму, при поддержке Sotheby’s она проводит торги одежды, антикварной и винтажной. Встречаются и дизайнерские платья, и военная форма, иногда театральные костюмы. И нам посчастливилось купить сразу несколько.

Я давно собираю русскую театральную графику начала ХХ века, в том числе и эскизы декораций к Дягилевским сезонам. Таких коллекций довольно много, одна из самых значительных — у Никиты Лобанова-Ростовского. Однако подлинные костюмы к этим постановкам встречаются гораздо реже, это скорее музейные экспонаты, на аукционах могут промелкнуть одна-две вещи. И почти все они уже появлялись на торгах: в 1968 году Sotheby’s проводил большую театральную распродажу, посвященную «Русским сезонам». Каталог этого аукциона очень помог нам в атрибуции приобретенных вещей.

— Старинные костюмы не самый распространенный объект собирательства. Какие трудности подстерегают коллекционера таких вещей?

— Когда мы купили первые костюмы, то очень обрадовались, так как еще не понимали, во что ввязались. Счастье от покупки значительно померкло, когда встал вопрос, как с ними работать дальше. Задач было сразу несколько: сначала надо было их отреставрировать, потому что не все они хорошо сохранились; затем определить, к какой постановке выполнен костюм и для какого персонажа. Ну и, наконец, не всегда понятно, как их хранить.

— Сложно было найти реставраторов?

— Да, оказалось, что этим занимается не так много специалистов, ведь это совершенно отдельная область реставрации. И пока я прохлаждался в Москве, мечтая о выставках, Елизавете в Лондоне пришлось искать реставраторов. Такие специалисты есть, например, в Музее Виктории и Альберта, который обладает гигантской коллекцией костюмов всех времен и народов. В итоге нам удалось восстановить их в первоначальном виде. Дело в том, что их начали реставрировать еще в начале ХХ века, по мере износа, и переделывать под конкретного исполнителя.

— Как пополнялась коллекция?

— Мы начали целенаправленно искать на аукционах подобные вещи. Когда стало понятно, что нужно делать выставку, купили еще десяток костюмов. Тогда-то и выяснилось, что за этими костюмами охотимся не только мы. Так, Елизавета специально отправилась на торги, чтобы приобрести несколько вещей, но так как аукцион был очень долгий и неинтересный, а интересующие нас лоты были в конце, то она вышла выпить кофе. Когда она вскоре вернулась, то они уже были проданы. Оказалось, что около 100 лотов были сняты с аукциона, поэтому костюмы прошли гораздо раньше, чем ожидалось. Мы были очень разочарованы.

— Когда родился проект выставки костюмов к Дягилевским сезонам?

— Мысль о том, что их надо показать, была сразу, но мы не могли решить, как именно это сделать. Помог случай: когда мы участвовали в Первом Шанхайском антикварном салоне осенью 2007-го, китайские организаторы решили сделать нам сюрприз: совершенно бесплатно добавили лишних 30 метров стенда. Узнали мы об этом за месяц до начала работы салона, когда наша экспозиция уже была сформирована. Нужно было срочно что-то придумать, и мы решили сделать некоммерческую часть — показать театральные костюмы к «Русским сезонам». Оказалось, что они имеют в Китае больший успех, чем французская живопись начала ХХ века. Очевидно, это искусство лучше вписывается в китайские традиции, они хорошо разбираются в тканях. Нас ожидал огромный успех: на стенде всегда была толпа — китайцы снимали костюмы, себя на их фоне, трогали их.

— Эскизы к каким постановкам удалось собрать?

— У нас есть костюмы к «Павильону Армиды» Александра Бенуа, к «Шехерезаде» Льва Бакста и «Золотому петушку» Натальи Гончаровой.

— А как шла подготовка парижской выставки?

— Мы предложили парижскому отделению Sotheby’s провести в их помещении выставку к столетию «Русских сезонов». Париж был выбран, конечно, неслучайно — ведь именно там все началось сто лет назад. Это была достаточно смелая идея, ведь Sotheby’s чисто коммерческая структура. Однако они неожиданно согласились, и так было определено место — галерея Charpentier на Сент-Оноре.

— Какова была первоначальная концепция выставки?

— По этому поводу мы вели длительные переговоры с Sotheby’s, так как считали, что должна быть какая-то связь с современностью. Нужно было показать, какое значение эти сезоны имели в то время. Ведь Дягилеву благодаря его харизме удалось объединить в своих постановках для совместной работы совершенно разных художников, подчас непримиримых в своих эстетических взглядах. Постановки русских балетов оказали огромное влияние на искусство в целом, и некоторые отголоски этого чувствуются и в работах современных художников.

Мы поехали в Брюссель и встретились с бельгийской художницей Изабеллой де Боршграв. Она делает удивительные вещи из бумаги по мотивам исторических костюмов и полотен старых мастеров. Например, в Эскориале проходила выставка ее работ, вдохновленных творчеством Веласкеса. Когда мы посетили брюссельское ателье художницы и увидели работы на театральные темы, то заказали ей несколько недостающих костюмов Гончаровой.

В какой-то момент Sotheby’s пригласил Анну Ванштейн в качестве куратора всей выставки, и она дополнила экспозицию эскизами декораций (в частности, из собрания Рене Герра), фотографиями; несколько костюмов предоставила Опера Гарнье. Для выставки вещи из своих собраний предоставили многие французские и российские коллекционеры, например Морис Барюш (владелец парижской галереи «Попов и К°»), Алекс Лахман, Александр Васильев. В результате удалось достаточно полно показать историю дягилевских балетов, с 1909-го до 1920-х годов.

— Есть ли шанс у московских зрителей увидеть костюмы из вашей коллекции? Будете ли вы и дальше развивать эту тему?

— Да, в рамках большой выставки, посвященной столетию «Русских сезонов», которая пройдет в следующем году в Третьяковке при поддержке фонда «Екатерина», должны быть показаны костюмы из нашего собрания. Также у нас есть план, уже не тайный, но еще не утвержденный — организовать выставку работ актуальных художников на тему дягилевских балетов. Это не реконструкция какой-то конкретной постановки, а современная вариация, не имеющая прямого отношения к той сценографии. Известные московские художники создадут инсталляции, вдохновленные дягилевскими одноактными балетами.

Максим Боксер — коллекционер, эксперт по русскому искусству первой половины ХХ века, московский представитель Ravenscourt Galleries.