Китайский бренд в ЦУМе

Наши люди опять получают то, что заслужили. В данном случае антиинтеллектуальный поп-продукт

Наши люди опять получают то, что заслужили. В данном случае антиинтеллектуальный поп-продукт

Бурно развивающиеся рынки стали наиболее привлекательными событиями главных аукционов последних лет. Один их этих рынков — русский, но он на самом деле кажется детским по сравнению с китайским. Чем это обусловлено? Во-первых, исторически сложилось так, что в Китае практически весь арт-бизнес вели и ведут европейцы и американцы. Все галереи принадлежат людям, которые очень хорошо знают, что они делают, и очень хорошо умеют это делать. И они наладили помимо правильной работы внутри Китая еще и экспорт своих художников в правильные места — швейцарец везет в Швейцарию, англичанин везет в Англию и так далее. Они участвуют в нужных ярмарках — в Майами, Базеле, Париже, Маастрихте...

Современное китайское искусство стало хорошо продаваться чуть раньше, чем русское. Как ни странно, имея практически одинаковые стартовые условия, китайцы намного опередили нас в этом направлении. Как и наш соц-арт, китайский поп-арт стал известен западной публике на волне интереса к началу крушения их политического строя, хотя этот строй, в отличие от советского, благополучно существует и по сей день. Некоторое притеснение, которое испытывали художники, остается и сейчас. Но порой это идет им на пользу — цензура и правительственное неодобрение также стимулируют интерес вокруг китайского искусства. Но самое главное, что в это дело впрыснуто очень много денег. Эти деньги — европейские, американские, а теперь уже и китайские — являются самым лучшим допингом для художников. Благодаря этому ставятся все новые и новые рекорды продаж китайцев на аукционах. Разница с нашими колоссальная. Если мы достигли миллионов за работы настоящих мэтров, в Китае миллион стоит просто хороший раскрученный современный художник.

В нашей стране в последнее время покупка произведения искусства стала крайне модным и одобренным свыше делом. Не проходит и дня без освещения в СМИ вопросов не просто культуры, а культуры и денег, то есть арт-рынка. Естественно, эта ситуация как магнит притягивает интерес к разным направлениям — не могут же все заниматься русским или французским, поэтому скоро появятся и китайцы, и индусы. В России в ближайшее время появится все, так же как здесь довольно быстро появились практически все автомобили и все магазины. Люди хотят универмаг, в котором можно получить классный продукт. Если в ЦУМ они могут прийти и гарантированно приобрести какие-то правильные бренды, они пойдут сюда и за искусством. Эта ситуация приводит к необходимости таких сочетаний, как фактический супермаркет и супермаркет искусства. Это определенный уровень, который доступен и понятен публике.

Китайцы в ЦУМе выглядят странно, но это еще одна шестеренка в большом механизме, который начинает раскручивать тяжелый маховик российской публики, которая не приучена, как в Европе, например, столетиями покупать произведения искусства, держать их дома, наслаждаться и в том числе инвестировать в них средства. Но жизнь у нас идет: кто-то делает выставку в банке, кто-то делает скромные выставки в подвале, а кто-то, как мы видим, в центральном универсальном магазине. В любом случае это положительное явление. Кроме того, по моим наблюдениям, русские коллекционеры готовы к пришествию китайцев. Я уже встретил двух человек, которые с ходу и назвали по пять имен китайских художников. Один из них уже покупал на аукционах, а другой летал в Китай и покупал в галереях.

Для того чтобы написать этот текст, мне пришлось — признаюсь, через силу — внимательно посмотреть все предлагаемые для супермаркета работы, и я не могу скрыть своего разочарования: наши люди опять получают то, что заслужили. В данном случае антиинтеллектуальный поп-продукт. Все это известные и неплохие художники, но сам подбор китайцев для России тенденциозен — это не тот Китай, возникший задолго до Междуречья, культурные традиции которого, почти недосягаемые для европейцев, трансформируясь, предстают перед нами в виде таинственных, пронизанных внутренней красотой и скромной самодостаточностью картин. Публика в ЦУМе так и не узнает о том, что помимо мейнстрима существует секта китайских интеллектуалов, которые продолжают использовать идеи каллиграфии и традиционного китайского искусства, занимаются абстрактным и медитативным творчеством. Их работы до сих пор не находят отклика у галеристов, потому что они не могут служить приманкой для гламурной публики.

Что я могу посоветовать начинающим Морозовым от шинуа, так это представить себе задачу, которую ставил перед собой художник, а затем попробовать проанализировать способ ее решения. Не важно, с чего начинать. Важно, с чем надо заканчивать, — с безвкусицей и безграмотностью.