Об этике жюри и этике прессы

Многие критикуют Андрея Ерофеева за то, что он ответил на вопросы OPENSPACE.RU, не скрывая своих позиций. Во многом эти претензии связаны с тем, что Ерофеев нарушил некие (в данном случае неписаные) корпоративные законы и позволил себе высказаться как гражданину, а не как члену жюри.

Осмелюсь сказать, что дело тут не в тайне решения жюри, оно на том этапе (вынесение шорт-листа) было уже обнародовано, а следующий этап (определение победителя) еще не начинался. С моей точки зрения, в порядке вещей члену жюри признаться в том, за кого он голосовал, а за кого нет.

Боюсь, что проблема была в принципе в высказывании личного мнения. Дело в том, что по своему положению премия Кандинского дается не за лучший с точки зрения жюри проект — она дается за проект наиболее влиятельный. Это значит, что жюри останавливает свой выбор на выборе чьем-то чужом (тех, кто согласился, чтобы на них повлияли, — последователей, эпигонов).

Этот отказ от собственного решения, от собственной позиции, в том числе и политической, и есть язва нашего времени, из которой ползет вся мерзость. Мы против «вкусовщины» (хотя на самом деле обязанность куратора и критика — как раз такой вкус проявлять), мы за некое объективное соответствие.

Чему? Духу времени. Жюри премии Кандинского выбирало не наиболее, допустим, прогрессивное, а самое актуальное. То, что лучше всего отражает нынешний момент. Вот так они понимают «современное искусство» (см. слова Николая Молока здесь). Это логика супермаркета, в котором на прилавки выкладывается только «актуальное», уже выбранное, влиятельное — то, что является бестселлером потребительского спроса.

Но это еще и подчинение логике силы. Вот почему из супермаркета и гламура растет фашизм.

В разговоре со мной вчера Борис Гройс также обратил мое внимание на то, что так же рассуждали и советские критики 30-х годов — никто из них не говорил, что Малевич плох, его искусство расценивалось как неактуальное. Начало 30-х — время медленного, но неотвратимого разворота машины глобальной политики вправо. Мы знаем, как это было в СССР, где Сталин приходил к власти. Так было в Европе, где к власти приходил Гитлер. Так было во всем мире. Вправо, вправо, еще вправо — вплоть до радикально правой точки, за которой началась война.

Пугает не сам Беляев. Пугает сочетание его с мировой экономической депрессией. Слишком похоже.

Я также слышу со всех сторон, что это мы на OPENSPACE.RU привели к победе Беляева — тем, что привлекли к нему внимание. Надеюсь, конечно, что дело не в детской реакции жюри: выберем вам национал-патриота из принципа, чтобы вы нам не указывали. Но это не снимает вопроса о рекламе. Всякий ли опубликованный материал ею является?

Я думаю, если альтернатива — молчание, реклама — неизбежный побочный эффект. Коллеги, которые говорят: «не напиши вы этого, никто бы не узнал про этого Беляева», полагают, что можно закрыть глаза — и наступит долгожданная, желанная ночь, которая отраднее реальности.

Что больше невозможно — и что необходимо

Один из плюсов того, что произошло, состоит в том, что все вышло наружу. Да, Беляев — это диагноз нашего времени. Не войди он в шорт-лист, приверженность нашей буржуазии ультраправым идеалам осталась бы приватным знанием избранных. Теперь это больше не скрыть. Теперь многое невозможно. Например, все разговоры о «чистом искусстве», якобы независимом от политики. «Это все идеология, а важно только настоящее». Дальше можно похвалить или обругать Беляева — все это будет только в его пользу.

Но, опять-таки, что нам Беляев? Важны только те, кто его покупает, продает, те, кто ему аплодирует и выбирает.

Мне непонятно, как быть теперь с выездной выставкой финалистов премии (в этом году такие состоялись в Риге и Берлине). Согласятся ли художники дать свои работы? Гутов уже отказался. До решения жюри можно было повесить свои работы рядом с Беляевым-Гинтовтом и не считать это политическим поступком. После — это невозможно. Пути назад нет. Всякий, кто будет участвовать в такой выставке, должен будет сделать это вполне сознательно.

Мне непонятно, как быть теперь с журналом «АртХроника». Дать туда рекламу — это больше не невинный жест. Написать статью — поддержать определенную политику. Многие (например, автор этого текста) придерживались такой позиции и прежде, но теперь, я надеюсь, это ясно будет всем. Кому не будет ясно, все ясно будет про них.

Мне непонятно, как быть с Третьей Московской биеннале современного искусства, куратором которой является член жюри премии Кандинского Жан-Юбер Мартен. Как мы должны понимать его выбор? Какой прогноз это дает относительно содержания новой биеннале? А может быть, Жан-Юбер Мартен был против этого решения? Что он думает? Мы требуем объяснений.

Мы также хотим знать, почему Андрей Ерофеев, который так пламенно выступил на наших страницах против Беляева-Гинтовта, не вышел из состава жюри, когда тот победил. Нет ли тут какой-то связи с победой группы ПГ в номинации «Медиапроект года» — победы, для многих неожиданной, так как эта группа вообще известна мало, и уж точно не медиапроектами? Не похоже ли это на некую сделку? Мы хотим знать.

Жизнь в забытьи теперь невозможна, как и многое другое. А что необходимо? Называть вещи своими именами. Произносить все тайное вслух. Договаривать до конца. Предвидеть последствия. Брать на себя ответственность. Предъявлять счет.

Вот этим и займемся в ближайшие годы.


Еще по теме:
Борис Гройс о премии Кандинского 12.12.2008
Критики ругаются, 8.12.2008
Премию Кандинского дали Беляеву-Гинтовту, 10.12.2008
Может ли ультраправый почвенник получить премию Кандинского? 25.11.2008

ФотогалереяВсего фото:1

КомментарииВсего:58

• kotomish· 2008-12-12 00:09:28
  травля на артхронику со стороны "артмедиа групп" очень даже предсказуема, но лучше мне кажется на членов жюри косить, а не пытаться вымарать конкурента, который пока вас превосходит...
• saxar· 2008-12-12 00:16:56
  г-жа дёготь
  удивительно, что вы только сейчас заговорили об этом так откровенно и, можно сказать, яростно. "артхроника" с удовольствием стала рупором г-на бреуса и породившей его инстанции отнюдь не вчера. и вы, и бакштейн были большими героями этого издания. помнится, не так давно они почтили вас гранд-дамой актуального искусства - едва ли без вашего согласия. ерофеев - обложечный спикер журнала. чем они его купили? вот уж кто вляпался. или, скорее, доигрался... впрочем, это не так важно. это уже, так сказать, прошлое.
  жюри выбрало самое отвратное - и невероятно, на самом деле, между собой похожее. ну, проговорились. а могли бы выбрать гутова, ющенко и логутова. вы бы тогда всего этого не написали, пожалуй.
  так что хотя бы ради того, что б вы всех так призвали к ответу, надо было этого товарища увенчать
  
  г-н котомыш
  ну, про вас - прямо как в старой песенке шевчука "дружок, я всё знаю, я сам, брат, из этих, но в песне не понял, увы, ничего"... и понимали бы чего
  
• Diaconov· 2008-12-12 00:24:42
  Прекрасная статья. Особенно фраза "Предъявлять счет". Начнем, помолясь. В материале "Критики ругаются" Вы в положительном контексте упоминаете художницу Александру Вертинскую, супругу владельца галереи "Триумф" Емельяна Захарова. Александр Боровский, глава отдела новейших течений Русского музея, старый приятель Якута и "Триумфа", делает ретроспективу АЕСов, известен чрезвычайной неразборчивостью в связях с художниками и институциями и высокой стоимостью своих текстов. Галерея "Триумф" выставляет и продает Беляева-Гинтовта. Discuss.
  
  Вопросы "Арт-Хронике" я тоже задам. Но не здесь же, право слово.

Читать все комментарии ›