Коммерческое по форме, национальное по содержанию

«Добро пожаловать в Украину, страну тотальной анархии», — написано при входе на этот стенд, где картины висят как коврики на рынке и очень на них похожи. Особенно популярен «коврик» с изображением Махно и лозунгом «Воля, або всі йдуть на х..!». Еще есть призывы к убийству москалей, красочно представленная дружба коммунистов с фашистами, сочные женские гениталии с политической подоплекой и т.п. Некоторые художники здесь из числа тех, что выставляются в контексте современного искусства; другие — чистый коммерческий наив. Все смешано в кучу. Происходит дело в монументальном здании бывшего Музея Ленина (теперь он называется «Украинский дом»), на «выставке-ярмарке Аrt-Kyiv Contemporary».

Этот аналог «Арт-Москвы» вызывает у меня приступ сантиментов: о, эти ранние стадии художественного рынка, когда то ли выставка, то ли ярмарка, то ли Киев, то ли Kyiv… Вот один галерист заходит на стенд другой галереи и, игнорируя ее представителя, спрашивает у художницы, сколько стоят ее работы; представитель не возмущается. «Ой, та я не знаю», — отвечает художница кокетливо. Продать не против, но смущается.

На всей ярмарке предлагается почти исключительно фигуративная живопись, много места занимают галереи (украинские и не только), торгующие кичем на совершенно-таки уличном уровне. Ярмарка предваряется выставкой украинского искусства из частных коллекций. Подборка слабая, видно, что у местных покупателей дурной вкус, а художники — даже самые известные — им потакают. Все это соседствует с гиперпродвинутым, но дешевым в транспортировке международным искусством: одна берлинская институция привезла, на некоммерческой основе, проекты радикального урбаниста Грегора Шнайдера, и еще есть выставка видео Дмитрия Булныгина.

Как это сочетается в головах зрителей, неясно; видимо, как разного рода «приколы», потому что кич тут носит не чисто декоративный, а идеологический, требующий разгадывания характер. Прямо-таки как Грегор Шнайдер.

Как это сочетается в головах художников — более интересный вопрос, потому что зачастую одни и те же авторы пишут Махно и рассматривают проекты Шнайдера, который прилетел как будто с другой планеты, где не существует ни румяных девушек, ни, скажем, яблок, ничего круглого вообще и где шаг в сторону кича карается смертным приговором под названием «постмодернизм».

Самому Грегору Шнайдеру, если бы он тут был, все украинское искусство, от «классиков» Савадова и Ройтбурда до самых молодых «критических художников» (которые — почти все как один — пишут все-таки фигуративные картины), показалось бы кичем. Звучит это, наверное, обидно, но верно по сути: перед нами почти во всех случаях некая, остроумная или нет, мелкобуржуазная интерпретация образцов академической живописи XIX века (мелкобуржуазная, потому что понимает себя как потребление старых стилей, пусть даже и художественное). Очень чувствуется, что художественное образование на Украине ничуть не лучше, чем в России; запорожцы все еще пишут письмо турецкому султану.

В отсутствие настоящего арт-рынка многие картины или большие фото на ярмарке «Арт-Киев» выглядели как бесстыжие призывные, и вместе с тем скучающие, девушки в микро-юбках и чулках с подвязками. Рынка нет — надо создавать хотя бы вывеску. Сексуальная откровенность, да еще с педофильским оттенком, на Украине в последние годы почему-то считается обязательным элементом картины (современное искусство ведь, должна быть провокация!).

На открытии выставки молодых художников в заоблачно современном PinchukArtCentre, куда более стильном, чем «Украинский дом», тоже ходила девушка на каблуках и без юбки, в белых прозрачных колготках. Под колготками виднелись белые трусы. Она брала интервью для телевидения и была, судя по всему, местной звездой.