Сантьяго Сьерра и его «эксплуатации человека человеком»

Он унижает людей, чтобы у других людей — зрителей — пробежал мороз по коже

Имена:  Сантьяго Сьерра

Кто он такой

В биографиях художника часто указывают его социальное происхождение — для него это важно. Сьерра из рабочих. Он знает жизнь социальных низов не понаслышке. Но как ни странно, свой самый яркий опыт тесного общения с «отверженными» он получил уже не в Испании, где родился в 1966 году, а в Гамбурге, где учился. Живя в квартале красных фонарей, Сьерра погрузился в жизнь классовой периферии — люмпенов, беженцев, нелегальных иммигрантов. Там он понял, что именно эта жизнь волнует его и как человека, и как художника.

Переехав в 1991 году в Мехико, Сьерра, к своему сожалению, уже не мог позволить себе жить в городских трущобах: для испанца это может быть опасно. Как говорит художник, «быть испанцем в Мехико — значит быть частью истории, которую никто не хочет помнить». Однако желание быть со «своими», интегрироваться в родную среду осталось. Ему удалось это сделать посредством искусства.

Что он делает

На протяжении девяностых Сьерра в своем искусстве продолжал традиции минимализма, ленд-арта и институциональной критики. Он делал масштабные объекты из бетона и картона, инсталляции из контейнеров и частей старых машин, осуществлял акции художественного «вандализма» в стерильных пространствах галерей. Но сегодня Сьерра известен прежде всего как художник, который использует в качестве материала для своих работ людей.

Сьерра — один из самых провокативных художников нашего времени. Он делает проекты, в которых намеренно унижает достоинство человека, вынуждая его совершать бессмысленные, постыдные действия за небольшую плату. Участниками его акций становятся люди из социальных низов, выполняющие самые низкооплачиваемые и грязные виды работ, бесправные эмигранты и беженцы, падшие женщины и наркоманы. Одним словом — «чернь» с окраин современной цивилизации, жертвы глобального капитализма из второго и третьего мира.

Благодаря художнику все эти «исключенные» попадают в самый центр элитарной буржуазной культуры — в пространства галерей и прогрессивных художественных институций, где они готовы за мизерную плату делать все, что попросит художник. Они готовы просто стоять в галерее, выполняя функции «живой скульптуры»; красить свои головы в выбранный художником цвет; заниматься мастурбацией перед видеокамерой; сидеть внутри коробок по нескольку часов в день; выступать в качестве кронштейнов, держа на своих плечах тяжеленные деревянные блоки.

По мнению художника, личность в современном обществе — это просто объект, который принадлежит государству и капиталу. Это такой же материал, как бетон или металл, поэтому ты можешь обращаться с ним подобным же образом — формировать, красить, размещать в пространстве. Сьерра не верит в возможность искусства изменить мир. «Я производитель роскошных вещей», — говорит он о себе, кивая в сторону видео- и фотодокументации, в которой запечатлевает действия, проделанные с объектами своего искусства.

О чем это всё

«Капитализм как солнце — он появляется каждый день, и его невозможно остановить», — говорит Сьерра. Свое искусство художник полностью посвятил исследованию этого светила и тем его процессам, благодаря которым одним достается свет и тепло, а другим — нестерпимый жар и ожоги.

По мнению Сьерры, все зависит от географии — геополитической, экономической, культурной. В глобальном мире противоречия между различными общественными классами и социальными группами крайне обострены. Мир делится на первый, второй, третий, и капитализм выгодно использует это деление в своих целях. Первый мир эксплуатирует второй для своего обогащения, второй ненавидит первый, но рабски ему подчиняется из необходимости выжить.

Главный вопрос, который волнует Сьерру: что такое труд в современной капиталистической системе? В интерпретации художника труд — это то, что навязано репрессивными законами капитала; то, что полностью отчуждено от личности человека; то, что лишает его смысла существования, превращая из активного субъекта в зомби, готового совершать любые действия из страха смерти.

В своем стремлении обнажить все эти несправедливости Сьерра не прибегает к стратегиям «критического искусства», которое предпочитает с позиции отстраненного наблюдателя высказать свою неудовлетворенность миром или даже художественно плюнуть ему в лицо. Сьерра, напротив, полностью ассоциирует себя с самыми жестокими законами господствующего порядка. Он действует в логике его наиболее репрессивных форм, желая показать обществу невыносимость его собственных желаний.