Блудный сын должен вернуться в лоно церкви

ГОР ЧАХАЛ высказывает свою версию искусства будущего

Имена:  Гор Чахал

Гор Чахал (р. 1961) — художник и поэт, автор картин, фотографий, мультимедийных инсталляций. Живет в Москве. Весной этого года будет курировать первую в России выставку современного искусства в действующем православном храме.

Как известно, начиная с 70-х годов прошлого века, когда возникло направление искусства, называемое «концептуальным», сама постановка вопроса «что называют современным искусством?» становится для художников основой их художественной практики. В результате, как я писал в своем ЖЖ, надо сказать, ответ на эти вопросы художественным сообществом так и не был найден. Оказалось, как пишет теперь немецкий философ Никлас Люман, что не только ни один человек не способен определить, что такое искусство, но как бы вообще никакой субъект не способен это определить. Есть некая уже автономно сформировавшаяся художественная система, которая действует помимо нашей воли и почти бессознательно навязывает нам свои критерии. «Дерьмо художника» Пьера Манцони является произведением искусства, а не дерьмом художника, поскольку в него вложены значительные интеллектуальные силы самого автора и тех сотен искусствоведов и философов, которые об этом писали и пишут. Не читав этого, понять это произведение (как и вообще современное искусство) невозможно, говорит искусствовед Екатерина Дёготь.

Но поскольку для изучения трудов сотен искусствоведов и философов по поводу «дерьма различных художников» нормальному зрителю не хватит и жизни (второе следствие информационного кризиса — общество знает так много, что человек не знает ничего), то мы оказываемся в такой ситуации, когда эволюция искусства привела его обратно в сферу природы — чего-то, что мы можем только наблюдать и описывать. Мнение зрителя об искусстве художественную систему, как и природу, уже не интересует. В нее вложены такие колоссальные финансовые средства, что, как мы можем сейчас наблюдать, даже мировой финансовый кризис не в состоянии серьезно на нее повлиять. Этот мыльный пузырь лопнет, очевидно, последним.

Между тем какого-либо прогресса в развитии художественной системы я не вижу. Она практически полностью перешла в циклическую форму существования. То неожиданно возвращается живопись и тут же исчезает неизвестно куда, то на один сезон в моду входит какая-нибудь нонспектакулярность. Например, Алексей Шульгин и Аристарх Чернышев предлагают нам в качестве искусства будущего такой «арток». Я называю этот тип искусства «арлекин-арт». Чем их инновация отличается от бесконечных арлекинов советского салона 70-х годов прошлого века, я не понимаю. А также клоунады соц-артистов «Синих носов», уже не говоря об арлекинах Сезанна, Пикассо и более ранних. Атака унылых клоунов. Или последние работы Дмитрия Гутова, которыми так восхищается в своем тексте Анатолий Осмоловский. Пикассо переписывал классиков, Гутов переписывает классиков, а Александр Сигутин переписывает иконы в супрематическом стиле. Искусство поновления икон. Одни, как Осмоловский, устают от бесконечного штампования клише левого дискурса и возвещают возвращение «Произведения искусства» в эпоху его невозможности; другие, как, например, Виленский, подхватывают выпавший из рук старших товарищей топор и продолжают варить из него ту же кашу. В общем, неутомимые барсучки в колесе. Можно, конечно, еще побаловаться нанокраской, «влажными технологиями», но сути современной культуры, культуры общества развлечения — вернее, отвлечения от сущностной проблемы человеческого бытия — это не поколеблет. Вместо того чтобы неутомимо бум-бумкать, как наш премьер («Каждый должен мотыжить, как святой Франциск, свой участок, бум-бум, ежедневно, и тогда успех будет обеспечен»), может, стоит задуматься все-таки над тем, что же мы посеяли, а?

Читать текст полностью

©  Александр Сигутин

Александр Сигутин. Спасайся кто может. 1996

Вместе с тем в последнее десятилетие в области светского современного искусства наблюдается довольно интересная тенденция. У теоретиков искусства постсекулярного общества после десятилетий господства левого марксистского дискурса вдруг зазвучала тема религиозности. Серьезные международные художественные форумы стали уделять все больше внимания этой проблематике. Например, тема Первой Сингапурской биеннале современного искусства 2006 года была сформулирована как «Верю!». В парижском Центре Жоржа Помпиду в прошлом году состоялась масштабная выставка «Следы сакрального», об искусстве ХХ века, и прошла международная конференция «Религия: новые перспективы» и т.д. Эта тенденция, на наш взгляд, неслучайна. Периодически все сильнее сотрясающий мир и неуклонно углубляющийся кризис общества потребления поневоле заставляет задуматься о прочности фундамента всего здания современной культуры — безбожного гуманизма. Почему постулируемое им понятие бесценности человеческой жизни сейчас фактически превращается в свою противоположность — «без ценности»? Почему прогресс оборачивается нравственным распадом личности, семьи и общества, в котором тотальный цинизм становится уже культурной доминантой?

©  Владимир Куприянов

Владимир Куприянов. Из серии «Среднерусская античность»

В такой ситуации передовая мысль, естественно, все активнее ищет возможные пути возрождения, возвращения к живому источнику культуры — идеалистической философии, вере и «новой» религиозности. Блудный сын возвращается к Отцу. И Церковь по библейскому примеру идет сыну навстречу. В Ватикане, например, в 1973 году открылась галерея «Коллекция современного религиозного искусства». В Австрии в течение нескольких лет каждый год успешно проводится ночь церквей, организованная по принципу уже ставшей известной россиянам «ночи музеев». В действующих храмах Линца, Граца, Зальцбурга, Вены устраиваются концерты современной религиозной музыки, показы видео, инсталляций, перформансов актуальных художников на религиозную тему. Церкви открыты всю ночь. Множество посетителей, особенно молодежи. Внимание СМИ. В ноябре этого года Папа Бенедикт XVI встретился с 250 всемирно известными представителями художественного мира в Сикстинской капелле с целью обсудить возможности возобновления активного диалога между искусством и Церковью сегодня.

©  Олег Васильев

Олег Васильев. После Дождя. 1993

В России, однако, подобного диалога со времени большевистского переворота 1917 года, к сожалению, не наблюдается вовсе. Вернее, сегодня он протекает в совершенно болезненных, неприемлемых формах — в основном в залах заседаний гражданского и уголовного суда, поскольку современное искусство в глазах верующих ассоциируется в основном лишь с вакханалией, кощунством и попранием святынь. Это, конечно же, далеко не так, хотя, надо сказать, проблем и взаимного недоверия, безусловно, и у Церкви, и внутри художественного сообщества за годы советской и постсоветской власти накопилось достаточно. Между элитарной эстетикой современного искусства и представлениями о прекрасном у обывателя лежит уже чуть ли не пропасть. Положительный опыт сотрудничества Церкви и художников «мистической» ветви русского авангарда начала ХХ века {-tsr-}практически полностью утрачен. Несмотря на это, год назад нам все же удалось организовать круглый стол о возможности диалога Церкви и современного искусства. Только в развитии конструктивного диалога Церкви и современного искусства я вижу инновативные пути развития как искусства, так и нашего многострадального общества.

Ссылки

• Гор Чахал: будущее – в современном христианском искусстве, 16.03.2010